Кружевница

Раньше мне не приходилось видеть, чтобы богиню чем-то украшали, а у этой скульптуры на безымянном пальце имелось небольшое серебряное колечко, что-то наподобие артефакта. Я ощущала легкие волны магии, но разобрать для чего оно так и не смогла.

Ещё очень хотелось увидеть лицо. Может это и богохульство, но я никак не могла справиться с желанием. В один из вечеров, делая вид, что запускаю заклинание чистки в нишу, присела на корточки и попыталась рассмотреть. Увы. Слишком близко стояла скульптура к стене, почти полностью погрузившись в нишу, так что рассмотреть лицо не получилось.

Но я могла поклясться, что богиня улыбается.

Через пару недель в монастырь пришел какой-то господин и, сославшись на капитана, попросил помочь с переводом текста с ливийского на эритский. Просто так уйти в середине дня я не могла, пришлось отпрашиваться у жреца. По-моему, он решил, что я отправилась на свидание и прочитал целую лекцию о том, какой должна быть молодая девушка.

В конторе драгомана мне не поверили, что я знаю ливийский язык.

Самое забавное, что видя мою внешность никто не усомнился в знаниях эритского. Пришлось доказывать. Затем мы обсудили цены. Я согласилась, что здесь не столица и платить десять серебрушек за лист мне не будут, но меня и пять монет вполне устраивали. До вечера успела не только написать ливийско-эритский контракт, но перевести два десятка ливийских текстов.

Господин Кири, хозяин конторы, предложил постоянную работу. С сожалением пришлось отказаться, поскольку я была связана обязательством с монастырем.

Но мы договорились, что в выходные дни буду приходить к драгоману. Правда, Фика потом возмутилась, она планировала, что в выходные мы будем вместе гулять. Меня же Тонские развлечения не привлекали, а, может, не привыкла отдыхать, как положено добропорядочной горожанке.

Работы в конторе хватало и скучно не было. Удивительно, как они раньше управлялись с переводами на агарский или эритский? Оказалось, что ливийцы, кому нужно было, отправляли письма на коберском языке в столицу.

Кроме контрактов и договоров мне приходилось писать официальные запросы. Иногда за выходной день я зарабатывала по два золотых.

В монастыре мою работу тоже оценили, особенно когда выпал снег. Ежедневно я очищала дорожки к храму, обновляла амулеты горячей воды и убирала помещение. Теперь будили меня самой первой, ибо монастырский повар один из первых сообразил, что разжигать печи магическим огнем проще, чем таскать кучу дров на кухню.