Пробудившая пламя

Тем более ту, кто как бы там ни было, была матерью моих детей! И я лично отправил бы к Абилейне евнухов с удавкой. Но фарлака? Бабья ревность воистину не знает ни границ, ни разумных мер. Одна другой не лучше. Тем более, что расследование вёл Таргос, и это он выявил вину наложницы перед лари. Но дальше...

Ираидала захотела увековечить свое имя и превратила две площади и склон горы между ними в огромные и шикарные фонтаны, маги работали день и ночь. Представив, что будет со стариком казначеем, когда он мне будет сообщать о расходах, я испугался, выживет ли он? Дальше ещё лучше.

Ираидала таскает детей в город, они постоянно носятся по всяким трущобам вместе с беспризорниками и детьми городской нищеты, срывает занятия, позволяет ходить на головах. Стала брать с собой и Марса, настраивает его против матери. Тот уже кричит на Анаис и грубит ей при всех, и всё это при поддержке Ираидалы!

Сама Ираидала всем жалуется на мою жадность, разгуливая повсюду в одежде красных цветов, позорит меня, мол, я не обеспечиваю мать своих детей.

Мать попросила её принять от неё ткань на платья, белую и зелёную. Но она сшила одежду для детей, а сама ходит, чуть ли не в одинаковых платьях со служанками. Но и это ещё не всё.

Она расчистила гиблую гавань, выстроила там причалы, склады, строит прямую и широкую дорогу ко дворцу. Она соображает, что делает?

Так, враги сейчас связаны боями здесь! Так глубоко на территории страны, они прорывались ещё при отце моего прадеда, погибшем во время боёв за столицу, четыреста лет назад.

Тогда всех спасла девушка, у которой проявился дар огня, прадед защищал город со стороны суши, его отец погиб, и атака с моря почти увенчалась успехом. Но та девушка, Валисандра Тардаранская, выжгла свой дар дочиста, но огненная волна, вырвавшаяся из её тела, сожгла напрочь всех, даже корабли в гавани. Да даже вершину торчащей из воды скалы почти снесла, оставив ровную площадку.

Она сама потом пропала, говорят, сгорела от количества огненной силы, тела так и не нашли.

Прикинув, что несколько дней в запасе у меня есть, я сорвался в столицу. Я пытался убрать броню, но и в спокойном состоянии, это давалось нелегко, а сейчас, когда в душе бушуют гнев и ярость, и подавно не получалось.

Едва влетев во двор, почти загнав коня и переполошив весь дворец, я наблюдал очередное подтверждение жестокости Ираидалы.