(Не)алые паруса. Часть 1: Легенда разрушена

Грэй обернулся к верзилам, что сейчас застыли изваяниями за их спинами.

— Очень аккуратно грузите эту леди на носилки. Мы возвращаемся.

Самому же предстояло тащить Циммера — в таком состоянии тот едва ли мог поставить Незримый коридор. Грэю пришлось призвать на помощь весь свой контроль и самообладание, чтобы просто вспомнить, как ставится этот пространственный переход — от переживаний за друга, разъедающей вины и медленно закрадывающегося страха — что если опоздаю вновь? что если не успею сам? — мутнело в голове.

Они материализовались в той самой розово-золотой гостиной с ангелочками. Грэй усадил Циммера в кресло, плеснул в бокал виски и протянул другу:

— Пей!

Тот молча подчинился, осушил залпом, уронил бокал на пол, закрыл глаза руками и вновь зарыдал.

Грэй не находил себе места и не знал, с чего начать. Подсказал Циммер, вскинув на него неожиданно сухой, но болезненно-блестящий взгляд:

— Нужно распорядиться… похороны… достойно… мою Клэр… пышечка, ыыы… — бормотание прерывалось всхлипами и воем.

Грэй похлопал его по плечу:

— Спокойно, дружище, я распоряжусь. Устрою всё в лучшем виде, не волнуйся.

Он искренне хотел подбодрить, но выходило не очень, так как у самого на душе скребли кошки.

— И, — он горестно вздохнул, — мне жаль, что приходится это говорить, но тебе нужно собраться и обследовать Клэр. Гуингар и так на несколько шагов впереди нас. Надо собрать всю информацию, какая есть. Сможешь?

Циммер кивнул.

— А тебе… — по-прежнему прерывисто продолжил он, — надо переодеться.

И Грэй только теперь вспомнил, что на нём серебряно-чёрная форма «серого осьминога» — всегда облачался в неё, отправляясь на задание.

— Да, не мешало бы… — и даже оглянулся в поисках шкафа, где можно разжиться одеждой.

— Сейчас, я могу… силы ещё есть… — Циммер пробубнил заклинание, сделал несколько пасов руками, и Грэй тотчас облачился в простой и удобный костюм горожанина, делавший его яркую привлекательную внешность блёклой и непримечательной.

Грэй коротко поблагодарил друга и, окликнув своих подчинённых, отправился в управу и другие учреждения хлопотать о захоронении Клэр Циммер.

Он ненавидел приносить дурные вести — да и кто же любит? — но предстояла ещё встреча с родителями Клэр. И она оказалась тем ещё испытанием. Безутешная родня в прямом и переносном смысле спустила на вестника всех собак. Кроме того, они во всём обвинили Циммера: мол, не выйди их дочь за этого прохвоста, была бы жива.