Попаданка. Двойной обмен

Их все равно списали, поскольку радиус гораздо меньше, чем должен быть. А одна пластина и вовсе работает только на приём, и отправить сообщение с неё невозможно. Вот её я всегда оставляю у мельника, а вторую беру с собой. Когда мне нужна какая-то помощь, например, что-то вывезти отсюда или привезти, то я пользуюсь переговорником. Наверное, завтра или послезавтра нужно попросить Рахима привезти продукты. Я не рассчитывала на еще одного едока. Ладно, – оборвала травница сама себя, – не время сейчас беседовать. Давно пора выходить.

Резаэлли быстро и аккуратно сняла бинты, перед этим слегка их размочив, проверила раны на руке, ноге и голове и снова перебинтовала, намазав перед этим резко пахнущей мазью.

– На руке и на ноге что-то в раны попало, – недовольно приговаривала она. – Большую часть я вывела, но гной все равно есть. Нужно будет еще раз вечером посмотреть.

– Это слюна пещерного червя, – поделился Ивэлас. – Она ядовита. Удивительно, что ты нашла антидот.

– У меня есть универсальный. Травница я или кто? – гордо подбоченилась человечка.

– Он, правда, хуже, чем узкоспециализированные противоядия действует, но я ведь не знала, что за гадость может быть в ранах.

«Универсальный антидот у простой травницы, – про себя подумал дроу, – хотя, правильно было бы сказать у непростой травницы. Кто же ты такая?»

Резаэлли ушла, наказав принимать лекарства, а Ивэлас решил заняться одеждой. Травница запретила трогать гипс, а шить, пользуясь одной рукой, неудобно. Зато наметить и вырезать латки он сможет.

Работа неожиданно увлекла дроу. Если наложить латки симметрично, то будет создаваться впечатление, что кожу нашили вторым слоем, чтобы укрепить куртку, точнее, теперь уже жилетку, да и просто для красоты. Должно получиться интересно. Как там она сказала? Оставить аристократические замашки и научиться всему?Неужели она сама так же училась всему? В тот момент, когда она это говорила, дроу окончательно уверился в том, что человечка знатного происхождения, но по какой-то причине теперь вынуждена работать и жить среди простого люда.

И раз она смогла устроиться и научиться, то он тоже сможет. Научится шить, готовить, правильно говорить. «Потерявши голову, по волосам не плачут», – вспомнил он. Сколько же ты потеряла, Резаэлли?

Чем больше Ивэлас думал о травнице, тем больше уверялся в том, что его выводы по поводу её происхождения верны. В пользу этой теории говорило множество фактов: во-первых, то, как она себя вела. С достоинством.