Дочь опальной герцогини

Эта Мэри, воровато оглядевшись, приподнялась на цыпочки, чтобы, прижавшись к уху долговязой, прошептать:

- Поговаривают, Её Светлость была беременна от Его Величества. Королева узнала об этом...

Я скорее прочитала по губам, чем всё это услышала, а охранник, обернувшись ко мне, негромко окликнул:

- Леди Одри, поспешите.

Мужчина, оказывается, ушёл на несколько метров вперёд, а я замерла подле сплетниц, желая их подслушать. Но как бы мне ни хотелось узнать больше, всё же доверять болтовне горожанок не стоило - грош цена такой информации.

До дворца добрались только через полчаса, хотя он (дворец) располагался неподалёку от площади.

Строение было сложено из необыкновенного чуть мерцавшего светло-серого камня, многоэтажное, многоярусное. Пять башенок с остроконечными крышами придавали законченный несколько сказочный облик всему зданию. Этот дворец резко отличался от тех средневековых, что я видела в своём мире не только более совершенной архитектурой, но и продуманностью комнат, множеством анфилад, а также примитивными лифтами.

Да, они здесь были, деревянные коробы медленно поднимались и чуть быстрее опускались, в движение их приводил особый механизм, в основе которого лежала грубая физическая сила, то есть при помощи пони, что обитали на нулевом этаже. И никакой магии.

Где же эта самая магия? Которую не видно, но о которой все говорят. Только один раз я лицезрела что-то похожее на волшебство, при этом оно исходило от артефакта правды: его дали Николетте на допросе, а потом и мне, поскольку я также являлась подозреваемой.

Магический предмет был создан из золота, округлой формы, украшенный витиеватой резьбой, при внимательном рассмотрении все эти линии и кружочки складывались в странные фигуры и даже письмена, но понять, о чём они, я так и не смогла. Когда взяла артефакт в руки, сразу же почувствовала тепло от него исходящее, пальцы кольнуло острой болью, я тут же попыталась откинуть предмет, но он будто прилип к коже, но неприятные ощущения продлились недолго и через пару мгновений исчезли.

Дознаватель задавал вопросы, я отвечала. Артефакт всё это время сиял мерным зелёным светом. Значит, всё сказанное мной, было правдой, оспорить которую не было под силу никому. Вот только отчего-то Николетте задали лишь те вопросы, что касались смерти короля, и ни одного насчёт какого-то там переворота, контрабанды некой наркотической пыльцы фей.