Волчья ягода

- Ладно! Приедут мужчины, сядете рядком и поговорите по-человечески! Чего сейчас то голову забивать… Лучше я тетрадочку свою принесу и позанимаемся. Согласна?

Мне оставалось только кивнуть, накручивать себя еще больше и правда не стоило.

Петровна вышла и через пару минут принесла фолиант в кожаном переплете, что по-простецки именовался «тетрадочкой». Большую Советскую Энциклопедию видели? А теперь представьте два тома вместе. Водрузив его на стол, она с предвкушением посмотрела на меня.

- Елизавета Петровна, - спросила я, вспомнив то, о чем забыла спросить в прошлый раз.

– Вот Вы говорили, что Белые ведьмы – это те, кто берет силы у самой природы, а Черные – используют людей и их энергию. А почему они… почему они тоже у природы не берут?

- Понимаешь, Женечка, - старушка замолчала, обдумывая дальнейшие слова, - Когда ведьму кто-то сильно обижает… Так сильно, что хочется только мстить, да в душе не остается ни одного светлого местечка, все чернотой занято…Тогда перегорают каналы, связывающие нас с природой… И ведьма уже не может черпать силы от нашей матушки-землицы, не делится она с ней.

А потребность в ворожбе никуда ж не девается… Вот и остается им впитывать энергию людей. Только от этого душа у Черной ведьмы еще больше черствеет… счастливые небось по колдунам то не ходят. Все больше обездоленные, да озлобленные…

- Но ведь Вы говорили, что есть целые кланы?

- А это, Жень, все та же опера! Вот народится у Черной ведьмы дочь, чему она ее будет учить? Добру? Если сама уже без злобы не может.

Как, по-твоему то разумению?

- Нет.

- То то и оно, что нет. А коль не очерствеет душа у девочки до принятия силы… - тут Петровна замолчала, повернувшись к окну, - в лучшем случае выгоняют из клана. А в худшем, тебе, Женечка, лучше и не знать! Ну все, хватит лирики, давай заниматься! К вечеру Тимофеевна придет, будешь силушку свою учиться помаленьку выпускать. А мы подстрахуем. Боюсь, одна с твоей силой то не совладаю!

Стоило только Тимофеевне прийти, как Петровна повела нас на речку.

- А что зря силушки то пропадать! Егорка завтра уезжает, так что обережный камушек ему будет в самый раз!

Тимофеевна, пышная румяная женщина, про таких на Руси говорили «кровь с молоком», тут же согласно закивала:

- И не говори, Петровна! Лучшего оберега, чем созданного своей Парой для волка и не сыскать!

Мне же оставалось только согласиться и покорно отправиться на речку. С нами тут же увязалась Настя и ее теперь уже постоянный спутник – Дима.