Волчья ягода

А потом просто развернул его, приглашая…

- Ты мне веришь?

А верила ли я? Еще совсем недавно, я бы пошла за ним на край света. А сейчас? Сейчас я просто хотела забыть все это как страшный сон. Снова почувствовать себя слабой женщиной за спиной сильного мужчины.

- Зачем ты отдал меня Егору?

Игорь замер. Он обнимал меня со спины, обтирая полотенцем. Но почти сразу развернул к себе:

- Прости меня Женя. Я всегда знал, что ты не моя. Но я не мог! Понимаешь! Я был просто не в силах отпустить тебя… ни тогда, ни как оказалось сейчас… - последнее он уже прошептал, резко наклоняясь ко мне.

Длинные пальцы больно ухватили за подбородок, жесткие губы прижались к моим. С силой сминая и яростно доказывая…

А я облегченно обмякла в его объятьях. Таких привычных. Совсем ни нежных сейчас. Но мне и не нужно было его нежности. Я и сама не была нежной. Сейчас мне хотелось брать. Взять все, что принадлежит мне по праву. Пусть это право и напечатано на гербовой бумаге. И мне до звезды, что для кого-то это филькина грамота!

А после мы сытые и расслабленные лежали в постели.

Я рисовала на груди Игоря узоры, а он шумно вдыхал запах моих уже почти высушенных волос

- Так зачем ты отдал меня Егору? - спросила, глядя на рыбок, подсвеченных разноцветными огнями.

Глава 19

Игорь.

- Так зачем ты отдал меня Егору? – спросила Женя

А что я мог ей ответить?

Что, если бы не обстоятельства, не видать Егору моей жены, как своих ушей. Ну и что, что она его Истинная?

Наверное, я - говно, но я не смог отдать другому любимую женщину.

Тогда не смог, а сейчас я был готов на все, лишь бы она жила. А с Егором, я знаю, она была бы счастливой. Знаю. Волк сделает все для своей Пары. Я бы и сам сделал. Но этот мудак сумел просрать свое счастье. Я был уверен, что брат запрет ее в клане. Там самое безопасное место. Сейчас, самое безопасное.

Но вот она здесь. Со мной. Среди змей. Мое счастье и моя ахиллесова пята. Моя Женечка!

Она стала моим наваждением, как только я ее увидел. Тогда, на ступенях института. Она радовалась, что поступила.

Стояла в этом своем синем платьице в глупый горошек. Солнце путалось в ее вьющихся волосах, цвета спелой пшеницы. А я завис. Смотрел, как ветерок обрисовывает изгибы девичьего тела, как она улыбается. И просто выпал из реальности. У меня в горле пересохло от ее стройных ног и этой невесомости всего ее облика. А она мазнула по мне своими невероятными зелеными глазами, все еще улыбаясь, поправила сумочку на плече и ускакала по ступеням вниз.