Я — Драко Люциус Малфой

Неделю назад мне казалось, что я вообще не смотрел на Грейнджер. Но тогда, почему я мог сосчитать, сколько раз за время, проведённое в Большом зале, она посмотрела в мою сторону. Сколько раз она отвернулась, когда я бросал взгляд на неё.

Я вынужден вести себя, как шпион. Для меня это просто, наверное, даже слишком. Никто никогда не задумается, что Драко Малфой чувствует на самом деле. Отец всегда говорит, что чувства необходимо скрывать. Мы должны быть бесстрастны, сдержаны, непроницаемы для посторонних, иначе, мы станем уязвимы и беспомощны, а Малфои не могут себе это позволить.

И я старался. Это было просто, когда я заставлял себя думать, что Грейнджер меня не достойна. Заставлял себя думать самые отвратительные вещи о ней: грязнокровка, подружка Поттера — моего врага, выскочка, предательница. Я смотрел на неё и искал недостатки один за другим: маленький рост, кроличьи зубы, слишком кудрявая, слишком задирает нос.

Я её тихо ненавидел, вспоминая, как Грейнджер бежала к Поттеру, как она обняла его.

Меня начинало тошнить. Это было то, что нужно. До самой станции в Хогсмиде я держался отлично. Не мог дождаться, когда наконец потеряю её из вида и смогу больше не думать. Три месяца покоя! Я был в этом уверен.

Мы с парнями громко смеялись, разговаривали. Я был в ударе — сыпал шутками направо и налево.

— Помните эту дебильную улыбку профессора Локонса? Представляю, что было бы, если бы Снейп отрастил ему иглы дикобраза на заднице, а он бы продолжал улыбаться и говорить: «Обратите внимание, второй курс! Если бы я применил заклятие Протего, вы могли не увидеть столь впечатляющего зрелища! Я специально отрастил себе иглы на заднице, ха-ха-ха!»

Парни покатились со смеху, а я невольно покосился на гриффиндорцев толпящихся невдалеке, но успел заметить, как Грейнджер резко отвернулась.

— Раз этот мохнатый лесничий так любит всяких тварей, надо было ему остаться в Азкабане, заключённых дрессировать, — ухмылялся я. — Какая ему разница — его блохастый пёс Клык или Сириус Блэк.

Грег и Винс заржали, Забини закатил глаза, а я продолжал:

— Прошла бы пара лет, и дрессировать надо было бы его самого. Неплохой бы из него вышел экспонат для магического зоопарка — Заросший Великан-пень.

Внезапно от толпы гриффиндорцев отделился Поттер и бросился в мою сторону, Грейнджер тут же сорвалась с места и, ухватив его за руку, потащила назад. Мои друзья снова смеялись, теперь уже над идиотской попыткой Поттера вступиться за своего тугодумного друга.