Я — Драко Люциус Малфой

Что за наивность? Видно, что магический мир для неё — это какая-то сказка, в которой всё волшебно и прекрасно.

— Драко, я не буду выбирать, — вдруг уверенно заявила она. — Я хочу остаться твоим другом. Но Гарри и Рон…

— Я понял, — злобно ответил я. — Значит, предпочтёшь знаменитого Гарри Поттера! Конечно! Его знает весь магический мир, быть его подружкой так престижно! Ты просто понятия не имеешь, кто я! Я — чистокровный волшебник, потомок древнейшего, самого влиятельного рода…

— Неужели ты думаешь, что для меня это имеет значение? — она так грустно ухмыльнулась, опустила глаза.

У меня ком застрял в горле.

— Ну уж нет! — выпалил я. — Ты не будешь выбирать!

— Что? — она подняла глаза. В них появился страх.

— Не дам тебе такого удовольствия! — я почувствовал, как мои губы скривились, ничего не мог с этим сделать. — Мне не нужен такой друг. Ты — предательница!

— Неправда! — воскликнула она и вскочила. — Я никого не предавала. О нашей дружбе даже не знает никто, потому что ты стыдишься такого друга, как я.

Я даже на это была готова, дружить тайно, просто чтобы… чтобы… видеть тебя иногда, разговаривать. Это ты предатель! Ну что бы случилось, если бы мы просто дружили, как нормальные люди?

— Это невозможно! — выкрикнул я. — Если бы мой отец узнал, меня тут же перевели бы в другую школу! В тот же день! Я не хотел с тобой расставаться!

Сердце рухнуло вниз. Что я сказал? Как запихнуть эти слова обратно? Есть ведь заклинания, стирающие память? Она не должна была это слышать.

Никогда! Её глаза стали такими огромными, что казались невозможными. Я эти глаза до сих пор вижу, всё время. Больше нечего было сказать. Я просто развернулся и быстро пошёл вниз.

— Драко! Так нельзя! — расстроенно прокричала она.

— Забудь моё имя, Грейнджер! — обернувшись прорычал я.

Перед глазами всё расплывалось. Мне казалось, что я ненавижу её больше всего на свете.

Неужели я мог думать, что получится дружить с такой, как она? Ведь предупреждал отец, что с гряз маглорождёнными нельзя связываться.

Они ничего не понимают, не чувствуют разницы между чистокровными, предателями крови, полукровками. Для них — все одинаковые! Они слепы, глухи и наивны.

Так не хотел идти на ужин, но эти жирдяи так удивились, что я не голоден, что устроили допрос, пошли Паркинсон нажаловались. Она влетела, как фурия, начала дополнительный допрос. Я плюнул, сделал вид, что всё как обычно и пошёл в Большой зал.