Я — Драко Люциус Малфой

— Простите, молодой хозяин! — пропищал он. — Добби может спрятать. Спрятать так, что никто не найдёт.

Я был удивлён. Этот домовик никогда в жизни не разговаривал со мной. Только выполнял приказы. Отец ужасно жесток с ним, лупит почём зря, не понимаю, почему.

— Не надо, — сердито ответил я.

Не хотел, чтобы этот шарик кто-то заметил, жаль, что не разбираю свои вещи сам.

Но самое странное, что я среди гостей и друзей, их родителей, в толпе, наверное, из сотни волшебников, хотел видеть только одного, которого не было.

То есть одну. Последний раз я видел Грейнджер на вокзале. Она, как всегда, была с Поттером и Уизли. Все они разговаривали с Хагридом.

Как же обидно, что я даже попрощаться с ней не могу. Грейнджер вдруг посмотрела в мою сторону. У меня как будто всё внутри перевернулось. Они вошли в поезд, и больше я её не видел.

И даже наевшись вдоволь самых вкусных сладостей, носясь с друзьями по саду, играя в волшебные прятки и летая на метле, я мечтал, что она вдруг появится и скажет: «С Днём рождения, Драко!» Но это несбыточная мечта.

10 июня.

Странно, я каждый день перечитываю этот блокнот, иначе не могу. Это какое-то обязательное правило: каждый день перед сном я открываю свои записи. Стало казаться, что эта толстая тетрадь — самая дорогая вещь в моей жизни. Я читаю, и как будто всё происходит снова. Я в Хогвартсе, на стадионе, ловлю свой резвый снитч. И снова могу представить, что у меня есть друг, хотя я давно его потерял. Мне нравится читать о ней. Мне кажется, я только для этого просыпаюсь утром, чтобы дождаться вечера и открыть эти записи.

Я так много писал о ней. Слишком много. Если бы я увидел такое у Гойла, решил бы, что он влюбился, и уж точно не оставил бы это без внимания. Не хочу, чтобы надо мной смеялись. Это ужасно. Это неправда! Ни в кого я не влюбился! Мы просто дружили и всё. Только непонятно, почему тогда я так хочу читать о ней, об этой грязнокровке? Не хочу её так называть и не буду.

Грязь — это же всегда что-то плохое. Причём тут Грейнджер? Она, может быть, ужасно вредная и упрямая, но ведь она тоже волшебница, пусть и нечистокровная.

Отец много раз говорил, что общаться с такими нельзя, мы должны презирать их. После дня рождения такую лекцию прочёл! Говорил, что я не должен позорить свой род, что грязнокровка не должна быть лучшей на курсе — это невозможно. Чтобы я приложил все усилия и обошёл её.

Мои объяснения его не устроили. Отец считает, что я сделал слишком мало. Так обидно.