Я — Драко Люциус Малфой

— Профессор Локонс, я должен сопроводить мистера Малфоя в Больничное крыло. Я приглашу профессора Макгонагалл, чтобы помочь вам со студентами.

— О, разумеется! — почему-то очень обрадовался Локонс. — Поправляйтесь, мистер Малфой.

Я скривился. Глаза резало, не мог их до конца открыть. Слышал смешки гриффиндорцев, но был так собой доволен, что на них абсолютно наплевать.

Выйдя за двери, профессор произнёс то же непонятное заклинание, что я однажды слышал от профессора Макгонагалл. С трудом разглядел, как что-то голубовато-серебристое возникло посреди коридора.

— Минерва, прошу вас явиться в класс ЗОТИ. Я должен отлучиться. Благодарю.

Потом он довольно жёстко ухватил меня за предплечье, и мы пошли в Больничное крыло.

— Вы слишком часто попадаете в неприятности в последнее время, мистер Малфой, вам не кажется? — недовольно спросил Снейп.

Я промолчал.

— Я буду вынужден сообщить о травме вашему отцу.

— Конечно, профессор, — с досадой бросил я.

Мадам Помфри некоторое время осматривала мои глаза.

— Ничего страшного, — заявила она. — На восстановление уйдёт не более часа. Я понаблюдаю за мистером Малфоем, профессор.

Снейп кивнул и молча ушёл. Целительница усадила меня на стул, велела запрокинуть голову и закапала какое-то зелье.

— Вам лучше прилечь, сэр, — строго сказала она и подвела меня к кровати. Жаль, что она была далеко от кровати Грейнджер, но главное, что я всё-таки оказался там, где хотел.

Мадам Помфри суетилась у серванта со снадобьями, а я повернул голову и смотрел на Грейнджер.

— Закройте глаза, мистер Малфой, — строго произнесла мадам Помфри. — Так излечение произойдёт быстрее.

Я вздохнул и закрыл глаза. Слушал, как целительница ходила по палате, двигала мебель. А потом вдруг наступила полная тишина. Я приоткрыл глаза и огляделся. Силуэт мадам Помфри растворился за мозаичной дверью подсобной комнаты. Я тут же вскочил и быстро подошёл к кровати Грейнджер.

Ничего не изменилось. Стало так плохо на душе. Не верится, что когда-нибудь она очнётся.

— Привет, Грейнджер, — быстро зашептал я. — Не обижайся, что я не приходил, просто… не мог, — я вздохнул. — После того, как арестовали Хагрида, никто больше не пострадал. Но, наверное, он не виноват. Скоро созреет мандрагора, и ты исцелишься.

Я осторожно коснулся её ледяной руки.

— Знаю, ты не слышишь. А если бы слышала, я бы не сказал.