И.О. Злой Королевы

По нему тебя легко поймают.

Девочка перестала биться в моих руках и подняла на меня глаза. Я даже вздрогнула. На грязном лице они казались невероятно огромными, словно две ярко-голубые капли акварели на замаранном холсте.

— Чей ето? — недоверчиво спросил ребенок. — Оставите денег и приказникам меня не сдадите?

— Не сдам, — пожала плечами я, — больно много мороки. А ты, наверное, голодная?

Девочка фыркнула, мол, что вы понимаете в голоде, сытая госпожа?

А вот и понимаю. В безбашенной юности попадала в разные ситуации.

Я сама вытащила из грязных пальцев ребенка свой кошель и под недоверчивым взглядом небесно-голубых глаз высыпала из него медь. Монетки перекочевали в ладошку воришки.

— Как тебя звать? — быстро спросила я, видя, что ребенку не терпится улизнуть.

— Нечто я дура чужим свое имя называть? — презрительно бросила девочка. — Ученая я, на других глядючи. Одну нашу девчонку, Рыбку, вот такая же барышня пудингом угощала. Сюсюкала, обещала к себе забрать. И где теперь Рыбка? А нету Рыбки, весной на бережку нашли, обескровленную.

Я снова заглянула в глаза малышки и увидела в них... недетское Понимание, основанное на наблюдении и опыте. Даже мороз по коже пробежал.

— Я не такая барышня, — сказала я, понимая, что мне ни на грош не поверят. — Давай куплю тебе какую-нибудь еду и одежду. Там есть чайная с горячим...

Я отвела от ребенка взгляд, чтобы показать направление, А когда повернулась, малышки и след простыл.

Я вернулась и отыскала Клару.

— Что-то не так? — сразу заволновалась та.

— Все хорошо, — уверила я пожилую женщину.

Но на душе скреблись кошки.

… Потребовалось какое-то время, чтобы подогнать одежду по фигуре. Воодушевленные хорошими чаевыми белошвейки очень старались. А чтобы нам не было скучно, трещали без умолку, пересказывая местные сплетни… и не всегда сплетни.

Я устала от впечатлений и слушала девушек краем уха, а вот Клара с удовольствием участвовала в оживленной беседе. Это меня радовало, чувствовалось, что вдова обеспеченного ремесленника была в своем привычном кругу.

Я насторожилась, заметив знак со стороны Клары, и начала прислушиваться.

— … барон Холенц тоже присоединился. А что ему было делать? — рассказывала пожилая рукодельница, не глядя вывязывая кружево из тонкой шелковой нити. — Молодая королева пошла против мачехи Моргаты, великой колдуньи, и обещала хорошую мзду за помощь всем, кто владеет магией. А у барона сынок во все тяжкие пустился. И дочь пропала. Вот и потребовались живые индульгенции.