Последний в черном списке

Вопрос был поставлен ребром, и на него нужно было что-то отвечать.

– Может быть, – негромко произнесла она.

– Почему «может быть»? Давай завтра, Валюша. Ты сама поймешь…

– Егор, не дави на меня.

– Хорошо. Не буду.

Он так и не притронулся к еде. Горячее остыло, а салат выглядел подсохшим. Но Егора это не волновало. Он вставил в рот сигарету и прикурил. Несколько минут молодые люди сидели в полном молчании.

– Потанцуем? – предложил он, гася сигарету.

Валентина охотно согласилась. Ту неловкость, которая повисла между ними, нужно было чем-то сглаживать.

И в этой неловкости, как ни крути, повинны были они оба. Поднявшись из-за столика, они вышли в центр зала, где в медленном танце кружились три пары. Егор обнял Валентину за талию и привлек к себе. Она опустила руки ему на плечи. Он с наслаждением вдыхал чарующий аромат ее волос, мысленно прикидывая, как будет раздевать ее, гладить ее обнаженное тело… И тогда конец насмешкам! Конец неопределенности! Егору не нравилось быть в разряде побежденных. Он был совсем из другой породы. Из породы победителей.

Одна медленная композиция сменилась другой, все три пары вернулись на свои места, а Егор с Валентиной остались. Он прижал ее к себе еще плотнее, повернул голову и нашел губами ее губы. Поцелуй получился продолжительным, и от нахлынувших эмоций у Валентины закружилась голова.

– Я люблю тебя, – прошептала она, переведя дыхание.

– Я тоже люблю тебя, – в унисон ответил Егор. – И я буду любить тебя всегда.

Как говорится, пока смерть не разлучит нас.

Она шутливо ударила его по плечу.

– Какой же ты еще мальчишка!

– Я хочу тебя, – он снова поцеловал ее в губы, на этот раз легким мимолетным касанием. – Но если тебе нужно еще время, чтобы понять, как ты относишься ко мне, я готов ждать вечно.

– Мне не нужно времени, – музыка звучала громко, и Валентине приходилось почти вплотную приближать губы к его уху. – Я и так уже знаю, как отношусь к тебе.

– Так все-таки завтра? – он улыбнулся.

 – Подумай об этом. Мы поедем ко мне, я возьму шампанского, зажжем свечи. Все будет очень романтично. Я ведь понимаю, какое это для тебя событие. А сейчас или через месяц…

– Хорошо, – Валентина сдалась. То ли это музыка так подействовала на нее, то ли объятия Егора. Но в ней вдруг созрела решимость. – Ты прав. Пусть будет завтра. Во сколько?

Он не мог поверить своим ушам. Неужели?

– Вечером. Часиков в семь. Годится? Я за тобой заеду.