Ведьма по наследству

Он теперь тоже десять раз подумает, прежде чем к девушке приставать.

— Мне нужен мужчина сильный, но при этом внимательный и заботливый, нежный, но твердый. Не люблю, когда слишком уж стелются. А еще умный, добрый, с юмором… И обязательно верный! В общем, вряд ли такие бывают.

— «Красивый» забыла, — подсказала я.

— Точно. Только зачем такому идеалу я?

— Помимо всех твоих достоинств, у тебя есть дракон. Это же отличное приданое! Ты теперь можешь кроить историю сказочного царства на свой лад. Вот увидишь, тебя еще примут в местный пантеон, в компанию к Анне-Лусии-Вире-Кристофу.

— Ага. Вот только мудрость, справедливость, сила и любовь уже заняты.

— Там все сложнее. — Я потянулась на мягкой травке. — Анна и Лусия — это архетипы дочери и матери. Одна олицетворяет красоту, любовь, бурлящую энергию юности, другая — зрелую мудрость, спокойствие, в книжке особо подчеркивается умение отдавать и жертвовать собой. А вот Вира для меня остается загадкой. Если бы не картинки в соборе, где она чуть не подметает рыжими кудрями пол, я бы вообще засомневалась, женщина ли она.

Богиня справедливости, лишенная чувств и переживаний, воплощение порядка и закона. С Кристофом все понятно. Он как раз твой идеал. Разве что излишне агрессивен. Только и делал, что сражался с исчадьями нижнего мира.

Юлька улеглась рядом на травке, прикусила стебелек клевера.

— Раз уж дракон был твоей идеей, давай обе будем богинями. Только что же мы будем олицетворять?

— Красота занята, — заметила я.

— Да уж, богиней скромности тебе тоже не бывать. — Юлька посмотрела на Глорию, плещущуюся в речке. — Наверное, тягу к воде она от Коренея взяла. Глория, давай на бережок, пока животик не размок!

— Богини войны? Или наоборот — мира во всем мире? Храбрости и отваги? — накидывала я варианты. — Это все Кристоф себе подгреб… О! Покровительницы искусств!

— А это вариант, — оживилась Юля.

— Или, скорее, богини нелепых ситуаций…

— Вы поели? — подал голос Ерема. — Давайте двигаться дальше.

Если будем лететь с такой прытью, то к ночи можем быть в Сумеречном лесу.

ГЛАВА 20

Издали Сумеречный лес напоминал полоску пыли за диваном, который давно не отодвигали. Мы приближались, и полоска росла, приобретая смутные очертания леса. Я никак не могла понять, что там за деревья, они будто перемещались с места на место, блуждая, как потерянные тени. Я прищурилась, свесилась со ступы, пытаясь разглядеть, что происходит внизу.