Девятая невеста

– Он все знает!

Арон перестал улыбаться, и на его лбу прорезалась беспокойная морщинка:

– Знает? О чем?

– Обо всем! О нас! О вашем желании мне помочь, – смятение на лице Арона сменилось пониманием. – Поэтому я и сбежала. Он запер меня в комнате, сжег книгу и…

– Что ты себе позволяешь, Арон?

Я застыла, когда услышала леденящий душу голос, и выглянула из-за плеча Арона. Со стороны западного крыла, облокотившись о стену, стоял Рензел. И Богиня… Он был очень бледен. От злости, наверное, которая плескалась в его взгляде.

Обычно аккуратно уложенные волосы принца упали ему на лицо, а напряженные пальцы того гляди готовы были впиться в стену и раскрошить ее. Но тут он выпрямился, приосанился, а губы плотно поджал.

– Прошу меня простить, ваше высочество, – Арон вежливо, непринужденно и с толикой извинения улыбнулся, но в его голосе я уловила сухость и непривычную твердость. – Вы все неверно поняли. Вышло недоразумение.

Неторопливо Арон опустил меня на землю, будто боялся: стоит сделать резкое движение и принц на него кинется.

Его ладонь мягко скользнула на моей талии без настойчивости или тайного умысла, оставила на ней пылающий след, который быстро стер прохладный ветер. А заодно ледяная стужа, что тянулась от Рензела.

Все это время принц не спускал с меня сверкающих от злости глаз. Когда же он опустил взгляд на штору в моих руках, я попыталась спрятать ее за спину. Глупо, конечно, будто под окном не развевается «парус» из тюля.

Но страх вынудил поступить так, словно нелепость – мое единственное спасение. Но я смогла его побороть и, бросив штору на землю, гордо выпрямилась.

– Я шел к вам и увидел, как леди Цессара… Хм. Оказалась в опасности, – продолжил Арон с небольшой заминкой. – Я всего лишь сберег вашу невесту, принц Рензел.

Его голос понизился, в нем послышалась усмешка и наигранное осуждение. Но не успела я взглянуть на Арона, чтобы понять, показалось мне или нет, как вдруг передо мной возник Рензел и сжал мое запястье.

От его руки по всему моему телу пробежало покалывание вместе с дрожью.

Принц ничего не сказал, грубо меня дернул и поволок прочь, но у поворота к дверям замка он остановился и обернулся:

– Поговорим в башне, – почти прорычал он Арону, а я тоже оглянулась, чтобы запечатлеть в памяти жесткое выражение лица Арона.

– Несомненно, – ответил он Рензелу ровным голосом и на мгновение встретился со мной взглядом.