Магнолия в твоём саду. Часть 1

Во времена, когда Лаймайя была скорее деревней, чем городом, тут проходила тропа, по которой пастухи гоняли стада — с застроенного холма к реке на водопой. Теперь холм превратился в центр города. Там заседал городской совет, работала управа, там были самые дорогие магазины, устроенные по подобию столичных — с большими витринами и верхним светом, там по красной брусчатке грохотали кареты…

Я ещё раз облетела вокруг дома. Занавеси на окнах задёрнуты — Томас не любил, когда за ним подглядывали. Ставни открыты. Значит, из города он не уезжал.

Если бы старика схватили душееды, везде стояли бы зловещие печати — круг в треугольнике под надзором Ока…

Эгей! Кто-то крался по-за домами на той стороне улицы. Не к Томасу. Дальше — там, где пролегала Вторая Водопойная. Но крался сторожко, как дикий зверь на охоте или как вор за добычей. Пугнуть, что ли?

Взвилась над крышами домов и нырнула в закоулок, откуда мгновение назад слышался шорох.

Никого.

А потом раздался вскрик — короткий, придушенный, полный такого ужаса, что будь я живой, волосы у меня на затылке встали бы дыбом.

Окно наверху было приотворено, но я прорвалась в дом напрямую — сквозь стену и слабые сполохи оберегов…

Вот он!

Здоровенный, гад.

Я врезалась во взломщика со всего лёта, придав себе максимум телесности и веса. Как раз довольно, чтобы сбить человека с ног.

Не вышло! Проскочила насквозь. Будто неприкаянный дух, по ошибке застрявший между жизнью и небытием.

Взглянула обратным зрением и увидела его глаза — опасно прищуренные и светящиеся, как у филина.

Длинная морда в редкой щетине, волчьи клыки, мощные руки-лапы с когтями. И странная аура, в которой мешались краски тьмы и огня.

Из какого ада ты вылез, приятель?

В глубине комнаты послышался стон.

Поперёк постели раскинулась женщина. Ночная сорочка разорвана и перепачкана кровью, на теле глубокие царапины...

Чудовище издало тихий нутряной рык, посмотрело прямо на меня — сквозь вуаль! — и сделало движение в сторону постели. Я встала у него на пути.

— Поди прочь. Найди себе такую, как ты сам.

Его огненные зенки распахнулись в гневе. А дальше всё произошло в один миг. Зверь прыгнул к кровати, забросил женщину на плечо и выскочил в окно.

Я метнулась следом, завывая во всю мочь, как умеют выть только привидения — чтобы кровь застыла в жилах. На лету крикнула в темень:

— Спасите! Убивают!

Настигла злодея в тот миг, когда он мощным рывком взвился над забором в полтора человеческих роста. Жалом ввинтилась в череп, точно в точку шан.