Магнолия в твоём саду. Часть 1

Растерзанная женщина поперёк кровати, сорочка в крови, раны на обнажённых плечах… И запись в протоколе — как там? — «убиты острым, кривым орудием»…

Это не свихнувшийся от похоти человекозверь и не полоумный людоед из леса. Я в одиночку гоню сквозь ночь сормасского потрошителя!

Но его нужно не прогнать, а схватить. Только как? Он вынослив, словно демон, и невосприимчив к моей силе.

Над домом каретных дел мастера раскачивалась на цепях тяжёлая железная вывеска. Я налетела вихрем, рванула изо всех сил и — бац! — обрушила точнёхонько на голову монстру.

Такой удар свалил бы слона, но потрошителя лишь оглушил на пару мгновений, заставив припасть на одно колено…

Большего я не ждала. Больше мне и не нужно.

Перетянула в себя энергию якоря, оставив в трактире лишь тень, тусклую, как свет далёкой звезды, — и разделилась на девять частей. Девять одинаковых прозрачных фигур обступили зверя, взялись за руки и закружились вокруг в беззвучном танце.

«Если дух твой в силах проницать все девять завес притяжения, все три завесы грёз, все три завесы мудрости и все три завесы забвения, то во власти твоей создать призрачный хоровод, способный зачаровать любое создание из плоти и крови и подчинить его твоей воле», — прочла я в одной запретной книге.

Позже этот трюк спас меня от развоплощения, но истощил так, что моё призрачное тело едва не истаяло само собой. Впрочем, тогда я была неопытной девчонкой…

Девять моих «я» неслись по кругу, отбивая ногами чёткий ритм — каждое прибывало в двух измерениях, в зримом мире и за завесой.

Завеса памяти — для власти над прошлым. Завеса желаний — для власти над будущим. Завеса стихий — чтобы управлять телом. Завеса покоя — чтобы управлять духом. Завеса страстей, чтобы подчинить сердце. Завеса иллюзий, чтобы подчинить разум. Завеса дорог — чтобы указать путь. Завеса Света — чтобы повелевать жизнью. Завеса Тьмы — чтобы повелевать смертью.

Видения теснились перед моим взором, и нельзя было позволить им заслонить реальность. Вихри энергий бесновались внутри хоровода, набирая силу, и нельзя было позволить им вырваться наружу.

Человекозверь рычал, силясь встать, однако давление запредельных сфер прижимало его к земле. Он был мой, уже совсем мой, когда что-то прошло не так. Я не поняла — что, но внезапно в центре круга, мной созданного, по чужой воле приоткрылась дверца в ад, и оттуда плеснуло демоническим огнём…

Власть над врагом пьянила, вселяя уверенность в скорой победе, мои «я» не размыкали рук, не желали останавливаться.