Дочь Первого Наместника

Она выглядела очень милой, когда обижалась. Но Виен общался со многими девушками при дворе и знал о таких уловках. Потому ничего не ответил.

Он немного прошел с Ливией, поговорив с ней о пустяках, и, попрощавшись с подругой, повернул в сторону.

Сегодня ему не хотелось не идти к восточным воротам. А в квартале ремесленников имелось важное дело. Там он недавно обнаружил небольшую булочную, в которой работал кондитер, переехавший когда-то из столицы. Виен заказал у него пирожные, которые были весьма сложными в приготовлении, и подавали их лишь во дворце.

Но их так любила Алиша. Он улыбнулся, представив улыбку Алиши, и с раздражением сорвал с руки платок Ливии.

Ливия была еще одной тайной, о которой Виен не хотел рассказывать Алише. Он не знал, как его девушка отнесется к такому знакомству. Станет ли ревновать или примет с пониманием? Хотя Виен не мыслил ничего бесчестного, не хотел, чтобы Алиша сомневалась в нём хоть сколько-нибудь, особенно после их недавней размолвки. Да и в конце концов, Ливия не такая значительная личность в жизни Виена, чтобы вообще говорить о ней.

***

Я часто возвращалась к мысли о том, что не хотела задерживаться в Фаргире слишком долго. Думала, что дождусь окончания зимы, и покину город, чтобы посмотреть другие земли. Но сейчас, когда зима подступала всё ближе, уже не была уверена, что хочу уезжать отсюда.

Пребывание в Фаргире оказалось довольно приятным. Пусть сначала я чувствовала себя странно в своей новой роли, но постепенно свыклась с ней.

Я не совсем понимала, зачем Олану мое постоянное присутствие рядом, ведь я не слишком хорошо разбиралась в делах города. К тому же не раз говорила о том, что планировала покинуть оборотней. Но Вадлен пояснил, что каждому в городе важно, что единственная дочь Первого Наместника жива и нашлась. Для многих встреча с потомком Мансура сродни чуду, так почему не порадовать людей? Да и Олан надеется, что я продолжу дело своего отца, выбрав любое интересное для меня занятие здесь, в Фаргире, потому и показывает мне все уголки города.

- Все мы надеемся, что однажды ты займешь место в Совете, - сказал он мне.

- Я ничего не знаю о нуждах этого города, - возразила я. И напомнила: - И не собиралась оставаться здесь навсегда.

- Никто не станет принуждать тебя к чему-либо, - вздохнул Вадлен. – Но всё же ты единственный ребенок Мансура. Твое место здесь, среди нас. Хотелось бы, чтобы ты полюбила этот город.

Тогда я ничего ему не сказала.