Король медвежатников

брат Артур, – отвечал епископ, – думаю, мне это будет ни к чему. Поддержите меня...

– Ваше преподобие, – негромко произнес брат Артур. – Вы испачкаете сутану.

Эде де Сюлли вдруг осознал, что сделался необычайно старым, а вместе с прожитыми годами приходит мудрость.

Улыбнувшись, епископ произнес:

– Если бы ты знал, какая это мелочь.

Поддерживаемый монахами, он опустился на траву прямо посредине поля, и высокие ромашки спрятали Эде де Сюлли с головой...

Старый колдун взял щепотку землицы и просыпал ее на стол, после чего осторожно уложил на нее восковую фигуру, бережно сложив на животе руки.

..

– Не усидеть мне, – сообщил епископ обступившим его монахам. – Положите меня на землю.

Монахи поддержали священника за плечи и аккуратно уложили его на душистую траву.

– Что же это со мной такое? – удивленно проговорил епископ, совсем ослабев.

Эде де Сюлли подумал о том, что не ложился на траву с раннего детства. И почти забытые ощущения вдруг вернулись к нему сейчас, когда он уже стоял у последней черты.

А с земли даже самый малый предмет выглядит величественно. Жаль, что у него не было случая убедиться в этом раньше. Глядишь, и понимал бы чернь, что большую часть жизни простаивает с задранной головой. Неожиданно вспомнился брат Доминик, – не отличавшийся высокой статью, сейчас он представлялся епископу почти гигантом. Доминик говорил о том, что хотел бы создать свой орден. Орден праведников. Пусть ему благоволит удача.

А на небосводе, меняясь и принимая формы сказочных зверей и птиц, проплывали кучевые облака.

«Уж не дьявол ли отправляет свои послания!» – поежился от ужаса умирающий епископ.

Осторожно сыпанув земли из мешочка на восковую фигурку, старый колдун ткнул шилом прямо в грудь кукле и зло прошипел:

– Умри!

Епископ Эде де Сюлли дернулся и расслабленно вытянулся во весь рост...

Старик Экзиль взял мешочек с землей и аккуратно завязал его. Землицы оставалось ровно половина.

Глава 6

Надеюсь, меня не подозревают?

Судя по апартаментам мсье Дюбаи, напрашивался вывод, что покойник любил жить шикарно. Интерьеру и богатой обстановке его жилища мог бы позавидовать даже Людовик ХIV. Но больше всего поражали картины, которых здесь было не менее сотни, и если не знать того, что находишься в доме эксперта, то запросто можно было предположить, что перешагнул порог какого-то крупного европейского музея.