Избранница Дикой Охоты

Теперь это не вопрос удовольствия, а способ выживания.

- Агата, выслушай меня. – Всадник медленно шагнул вперёд, наклонился к сброшенной на землю куртке. – Дай мне сказать, и потом я сделаю всё, что ты захочешь.

Помедлив, я кивнула. Рейнар приблизился ещё на шаг.

– Если ты это сделаешь, то Хейдрек убьёт тебя сразу же, как узнает, – тихо начал он, шагнув ещё ближе. Я замотала головой, собираясь возразить, но всадник продолжил говорить. – Разрыв помолвки приговорит тебя к смерти. Ты ценна ему до тех пор, пока он нуждается в твоей магии.

Свадьба... – Он запнулся, словно хотел сказать что-то другое, но быстро поймал себя за язык. – Свадьба с повелителем купит тебе ещё год-полтора жизни. Расторжение помолвки убьёт завтра или, если повезёт, через неделю-другую. Я предлагал тебе уходить – за два дня мы бы попробовали затеряться в лесах. Но уже завтра к вечеру все окрестности будут под контролем всадников Дикой Охоты. Нам некуда больше бежать, Агата. И я умоляю тебя не делать глупостей. Не ступай на плаху раньше времени. Может, через год что-то изменится.

Под конец речи Рейнар стоял совсем рядом, но я не хотела на него смотреть. Я и слушать его не желала, но не могла отрицать убийственную правду его слов. Жгучие слёзы жгли глаза, катились по щекам, не сдерживаемые покинувшим меня гневом. Это тупик. Больше мне некуда спрятаться, не на что рассчитывать. Меня передёрнуло от омерзения, когда я мельком представила нашу с Хейдреком брачную ночь.

Всхлипнув от накатившего отчаяния, я уткнулась Рейнару в грудь и расплакалась.

Он бережно погладил меня по спине, безмолвно утешая, а потом, накинув на плечи куртку, поднял на руки и понёс в сторону деревни. Свернувшись в клубок в его объятиях, я спросила, заикаясь от душащих слёз:

- Что будет с тобой?

- Ничего, – с кривой улыбкой ответил всадник.

- Врёшь, – прошептала я, обнимая его за шею.

Когда мы вернулись в дом лекарки, та уже давно спала. Рейнар тихо отворил дверь в мою комнатушку, осторожно опустил на кровать.

- Останься! – Я вцепилась в его ладонь, когда всадник собирался встать.

В любой другой день я бы смутилась от собственного порыва, но не сегодня. – Не оставляй меня одну, пожалуйста. Я не буду... Мы не станем...

Рейнар всё понял без слов. Закутав меня в одеяло, он лёг на край кровати, притянув к себе под бок. Уже засыпая, в тусклом свете непогашенной свечи я заметила чёрное пятнышко на мизинце всадника. Словно след от ожога, оно притягивало взгляд. Проклятие действовало.