Волчица Советника

— О-о… — восхитилась я, когда шипы и стойка упора исчезли, и кастет превратился в четыре перстня со звериными головами: волк-тигр, волк-тигр. Виоре-Орейо. — Спасибо!..

Кастет я испробовала на Йарре в тот же вечер, когда подо мной убили Ворону — мою дурную, трусливую, вредную, ласковую, верную, храбрую до безрассудства кобылу. Она встала на дыбы, пнув лизарийского конника, замахнувшегося на меня цепом, и какой-то ублюдок-рау из налетевшей полусотни проткнул ее пикой. Я не помню, как выкатилась из седла, как встала на ноги.

Мимо проносились люди, кто-то убивал, кого-то убивали. А Ворона умирала, и знала, что умирает, и тихонько ржала, всхрапывала, а меня оттесняли от нее — и приходилось драться, отмахиваться мечом от лизарийцев. Я делала шаг вперед, а меня оттесняли на два, я убивала одного, а на его месте появлялся другой, и все, что я могла, — дотянуться до нее жгутом флера, погладить за ушами, провести нитью моего дара по бархатному носу…

Когда все закончилось, она была уже мертва. И морда в крови — напоследок цапнула кого-то.

Не кобыла, а драконица…

— Госпожа… Мы похороним, — тихо сказал Кайн.

— Да. Похороните.

Я обвела взглядом отряд, выбрала коня — самого лучшего, командирского, — подманила его флером, взлетела в седло, дала шенкелей и галопом понеслась к лагерю. Напрямик, через незачищенную деревню, которую только собирались сжечь, и когда я добралась до частокола, за мной тянулась длинная свита из упырей. Кто сказал, что они боятся света?!

Кажется, часовые решили, что весь отряд, кроме меня, погиб.

Завыли, загудели сигнальные рога, распахнулись ворота, высыпали рыцари, вооруженные посеребренным оружием. Я же, не притормаживая, не разбирая дороги, сбивая не успевших отпрыгнуть людей, натянула поводья лишь у шатра Главнокомандующего.

Оттолкнула с дороги Койлина, выглянувшего на шум и крики виконта Файлена, и, влетев внутрь, бросилась на Йарру с кулаками. Дже-Ху-Апп, Хлыст-Крюк-Дуга, все, как он учил.

Ударить я не успела, граф отклонился, и кастет лишь чиркнул по небритому подбородку, а в следующую секунду я уже стояла на носочках, прижимаясь спиной к груди Йарры, и никто из лордов-командующих не видел ни оружия, ни того, что моя ладонь вывернута в костоломном захвате.

— Нам с госпожой Рэйлирой необходимо побеседовать наедине, — ровно сказал Йарра. — Продолжим через два часа, лорды. Мои извинения… Лира, где твои манеры? — Мой мизинец почти покинул суставную сумку.

— Доброго дня, господа, — выдавила я.