Волчица Советника

Он вообще не любил, когда я грудь перетягивала. Признавал эту необходимость при верховой езде, например, или для тренировок, но…

— А в остальное время будь добра носить то, что приличествует леди.

Судя по тому, что он мне дарил, леди приличествует носить фривольные, совершенно ничего не скрывающие сорочки, чулки с кружевными подвязками и строгие благообразные платья с белыми воротничками под горло.

Само собой, ничего подобного я не надевала, обходясь брюками и рубашками. А в качестве компромисса — вместо нормальных, извините за подробности, брэ — шелковые тряпочки, в которых мерзла попа.

Йарра ворчал.

Решив, что выгляжу достаточно прилично, на случай, если граф придет не один, я взялась за запертую шкатулку. Тяжелая, овальная, выточенная из черепахового панциря, мерцающая темными вкраплениями драконьих камней, она решительно не желала открываться. Я крутила ее, вертела, ощупывала, обнюхивала, чуть ли не облизывала! И — ничего.

Лярвин дол!

Но, раз граф сказал, что там свитки, значит, он открывал ее? Как?

И ведь не скажет, если спросить… «Думай, Лира, думай…»

Йарра часто подбрасывал мне задачи — логические, инженерные, тактические.

Некоторые, например транспортные, я решала быстро — Тим отлично натаскал меня в логистике. С инженерными было сложнее, но в замковой библиотеке хранилось много справочников и пособий, а тактические… Тактические я решала однобоко — перетравить всех к лешему. И сразу же выдавала два десятка способов, как это сделать.

Помню, на третьей или четвертой гипотетической крепости, для захвата которой я поочередно предложила отравить реку, снабжающую защитников водой, рассеять над окрестностями магически усиленный толченый дурман и пустить по ветру ядовитую пыльцу вой-травы, Йарра пообещал посадить меня на хлеб и воду, если не перестану валять дурака и не начну думать, как захватить эту брыгову цитадель без побочного уничтожения всего живого вокруг.

— Кто будет работать, если ты всех перетравишь? Во что превратятся земли? В конце концов, кто будет убирать трупы на зараженной территории?

Пришлось снова лезть в книги — на этот раз в жизнеописания и мемуары полководцев.

…А шкатулку я уже огладила так, как никогда не гладила не то что Ворону, но даже Уголька. Отшлифованная, отполированная — ни зазора, ни малейшей выемки, ни скрытых пружин — ни-че-го!

Зараза лакированная.

Я уселась в кресло графа, положила локти на стол, уперлась подбородком в кулаки, гипнотизируя взглядом черепаховую крышку.