Волчица Советника

С чуть ли не религиозным трепетом — его восхищало все, связанное с алхимией, — Кайн откупорил склянку и приложил ее к моему рту. На самом деле, кажется, в восьмой за последние сутки дозе стимулирующего эликсира не было необходимости, мне нужен был лишь Кайн, и только он.

— Я буду честен перед моей госпожой и верен ей, — прошептала я начало магической клятвы.

Повеяло озоном. Светло-голубые, лишь на пару тонов темнее, чем у графа, глаза Кайна подернулись дымкой.

— Исполню любой ее приказ, буду любить то, что любит она, и избегать того, что она избегает, — закончил наемник.

— Боги свидетели.[3]

— Сейчас ты пойдешь в лабораторию, оставишь пустую склянку на полке, откроешь низкий шкаф — тот, что под окном. Найдешь внутри банку с коричневыми гранулами и отсыплешь горсть. В ящике стола возьмешь розовую пластинку, похожую на мармелад. Одну. Запрешь лабораторию, вернешь мне ключ и будешь помогать устраивать раненых. А как только начнет темнеть, прогуляешься по гостевому крылу, и во все, во все до единой жаровни, в каждый камин, в каждый очаг незаметно бросишь по две гранулы.

Потом вернешься в свою комнату, съешь «мармелад» и обо всем забудешь. В памяти останется только то, что ты устал, перетаскивая больных.

— Да, госпожа.

Надеюсь, я ничего не напутала при приготовлении состава, мутящего воспоминания, — применять его раньше мне не доводилось. Но защититься даже от призрачной угрозы ментального считывания я была обязана.

Проводив наемника, я натянула на низ лица косынку, отгораживаясь от царивших в госпитале запахов, и вернулась к столу с ранеными, стараясь не замечать обожающих взглядов лекарей.

Глава 14

Гранулы, подброшенные Кайном в очаги, трещали и подпрыгивали, как перец на раскаленной сковороде, благо только мое ухо улавливало характерные хлопки, с которыми они лопались, а происхождение бледно-серого, чуть сладковатого, стелящегося по полу дымка мог бы распознать разве что Сорел — он ведь тоже читал на ассаши и тоже знал, что такое Грезы Валесси…

Время я рассчитала идеально, и к полуночи весь нижний этаж замка погрузился в крепкий наркотический сон.

Спали солдаты, спали служанки, неуклюже прислонившись к стенам, похрапывали лекари. Даже мыши спали — я увидела двух зверьков, сомлевших над огрызком сухаря.

Хорошо помню, как пробиралась между спящими, стараясь не наступить на чью-нибудь руку или ногу, и очень надеялась, что никому из дозорных не придет в голову заглянуть в госпиталь, больше похожий сейчас на замок Спящей Принцессы.