34 холостяка, или Дневники народной свахи

– Пощадите Алешеньку!

- Отлично! – потерли ручонки колобки. - Пойдешь с нами, царевич.

С этими словами, они начали окружать Алексея. Долго сопротивляться у последнего не получилось и его, свалив с лошади, стали связывать. Мне оставалось только топтаться на одном месте и картинно рвать на себе волосы. Бандюги только изредка ухмылялись, а Леша-калоша истошно верещал. Наконец, колобкам удалось связать незадачливого царевича.

- Все, Аленка, - дон Колобок подошел к самой воде, - ты свободна. Но жених твой наш теперь.

Прощай.

В этой ситуации полагается страдать. Вот и я страдала. С диким воплем я полностью погрузилась в воду и задержала дыхание, но тут же вынырнула с не менее тяжелым вздохом.

- Смирись, несчастная, - к главарю подошел один из товарищей. - Не страдай так, не убивайся. Мы его немного помучаем и вернем… может быть. Ина кой тебе сдался этот фрукт испорченный?

Ой, только бы не засмеяться. Откуда им знать, что Алексей не подарок? Но колобки угадали.

Было немного совестно - все-таки они его мучить будут… Но думаю до основательных пыток не дойдет.

Махнув на прощание рукой, дон Колобок повел товарищей прочь. Свою добычу они, естественно, с собой забрали. Алексей извивался ужом и все порывался лягнуть колобков, то ногами, то головой. Но так как он был довольно качественно связан, у него это не очень получалось. А вот интересно, как они его мучить будут? У них, конечно, есть кинжалы… но так бандюганы эти из теста сделаны - не думаю я, что Алексей такой уж мямля…

Минут через пять и я стала в обратный путь собираться.

Выйдя из воды, поплелась в сторону терема. Сарафан отяжелел и противно лип к ногам. Определенно первым делом надо забежать в комнату и переодеться в сухое, а лапти вообще выкинуть. Думаю, после сегодняшних приключений они будут более не годны для носки. А там уже и обед богатырям готовить пора.

Колобки сдержали свое слово и преследовать не стали.

В смысле, не повыкатывались из кустов с дикими воплями. Так что я спокойно дошла до тропинки и повернула в сторону внешнего двора. Так и короче будет, и по солнечной стороне пройду - под солнышком немного погреюсь, обсохну.

Стоило мне подняться по ступеням к массивной резной двери, ведущей в сени, как тут же попала в поле зрения беснующегося у входа в дом кота.

- Але-е-ена! – заверещал он, узрев меня, целую и невредимую.