Враг мой – муж мой

Отец не может быть настолько наивен, чтобы поверить в такую чушь. Просто это удобно – верить в то, что убийцы больше нет.

– Отец, я прошу вас отстранить дочь герцога Золотого щита от обязанностей моей фрейлины.

Король обернулся. Ну надо же! Ничто до этих слов не привлекло его внимания!

Насупился.

– Ты понимаешь, какой это вызовет скандал? Подобный поступок стал бы оскорблением Золотого щита. Ради чего? Что за женские капризы?

– У меня есть основания подозревать её в покушениях на мою жизнь, – прямо ответила Леолия.

Король нервно захрустел пальцами.

– Что за глупости? Лия, это абсурд. Зачем Алэйде устраивать покушения на свою принцессу? Что за дурацкие подозрения!

– Вы знаете, что дочь Золотого герцога – любовница моего жениха? Разве это не основание для того, чтобы отказать ей от двора?

Лицо короля пошло алыми пятнами.

– Вы сердите меня, дочь моя! Я недоволен вашим воспитанием. Отдавая вас в обитель милосердных сестер, я надеялся…

– Иными словами, Ваше величество, я не могу снять Алэйду с её должности?

– Её светлость Алэйда – безукоризненно воспитанная девушка из благородной семьи.

Выбрось все глупости из головы, Лия. Я не ожидал, что моя дочь опустится до сплетен. Сначала ты хотела расторгнуть помолвку с одним из важнейших лиц королевства, а, между прочим, именно он дежурил у твоей постели всё это время. А теперь обвиняешь дочь другого…

Итак, у неё не только нет прав выбрать себе жениха, но и собственные фрейлины, по сути, не зависят от её желаний. Отец ещё что-то бурчал, возмущаясь развращённостью дочери, но Леолия больше его не слушала.

***

К ужину принцесса, бледная и похудевшая, вышла в малый трапезный зал в сопровождении обеих фрейлин. Придворные низко склонились перед ней, стараясь не обращать внимания на тёмные круги вокруг глаз, на осунувшееся лицо. Тёмно-фиолетовое платье подчеркивало болезненность заострившихся черт. Герцог Эйдэрд, на правах (или по обязанности?) её жениха отодвинул стул. Леолия аккуратно опустилась, ни на кого не глядя.

Обе фрейлины встали за её стулом. Так полагалось по этикету замужних принцесс. Леолия не была замужем, но то, что свадьба предполагалась завтра, видимо, определяло процесс.

Морского щита не было среди прочих.

Принц Америс был, и был по обыкновению пьян и зол. Он сердито посматривал на сестру и хлестал вино из огромного хрустального кубка. «Почему никто не останавливает его? Ведь это – будущий король. Как же он будет править?».

Леолию мучил зверский голод.