Сбежавшая невеста

Знаешь, не хочу хвалиться, но если бы моя невеста пропала, я бы всё вокруг перевернул, но нашёл бы ее в тот же день. А мы тут уже вторые сутки, а твоего мистера Антони до сих пор нет. Поэтому... не хочу тебя разочаровывать, но если он все-таки тебе нравился, то хорошенько подумай о правильности своего выбора.

— Его зовут не Антони, а Энстон, и думаю, ему не так легко найти меня, даже если бы он и хотел этого больше всего на свете. Ведь меня затянуло в портал, так что я могла оказаться в любом месте, а, значит, он даже не знает, где меня искать.

— Это вовсе не оправдание для настоящего мужчины, — бросил я.

А девушка подняла на меня свои большие глаза и сердито произнесла:

— Знаешь, ты можешь сколько угодно доказывать своей леди, которую лапаешь за грудь, какой ты чудесный и прекрасный мужчина, а мистера Гоберти не трогай. В конце концов, ты совершенно не знаешь этого человека, и он не сделал тебе ничего плохого, чтобы ты был груб в его адрес. Тем более, заочно, когда он не может даже ответить на твои оскорбления.

— Так ты все-таки влюблена в него, раз так старательно защищаешь, — сделал я выводы, и от этой мысли рука сжалась на ветке, которой я помешивал угли в костре, и она, хрустнув, сломалась.

Отбросив ее в сторону, я поднялся:

— Пойду поищу другую, эта оказалась не слишком надёжной… как и твой мистер Андрю, — и зашагал в сторону валежника.

— Энстон! — донеслось мне в спину, а я снова сжал кулаки, ощущая, как на кончиках пальцев разгорается огонь, и понимая, что хоть в словах Нери есть правда, и ее жених, действительно, ни в чем не виноват, но я уже заочно ненавидел этого мистера Энстона: за то, что он допустил, что девушка оказалась одна в лесу, за то, что до сих пор не нашёл ее и за то, что он, а не я, был ее женихом!

От последней мысли я вдруг остановился и сам удивился тому, что так старательно пытался скрыть даже от самого себя.

Да, Нери мне нравилась, даже больше. Но родители никогда не одобрили бы такой брак. Вокруг было слишком много знатных девушек из влиятельных и благородных семей, чтобы я мог обручиться с сиротой и бесприданницей.

Поэтому думать о том, что она могла бы стать моей невестой и женой, было глупо. Но в то же время меня словно магнитом тянуло к ней.

Я уперся лбом в прохладную кору дерева, стараясь унять разрастающийся ураган, который поднимался в моей душе.

Глава 17

Веринерия

Натаниэль ушёл, а я осталась сидеть у огня в компании кота, горгула и Берта.