Сбежавшая невеста

Сердце по-прежнему стучало о рёбра, словно птица, пойманная в силки, а щеки горели огнём.

Постояв немного у открытого окна, чтобы унять жар, я посмотрела на ночной город.

Столица Тривии из окна выглядела прекрасно. И это даже если учитывать, что я сейчас находилась в бедном квартале, потому что, даже несмотря на это, дома и заведения выглядели вполне ухоженными и опрятными, улицы чистыми, а вдалеке, над крышами невысоких домиков и разнообразных магазинов, лавок возвышался и горел ночными огнями дворец.

Высокое белоснежное здание, что и в ночи выглядело царственно и величественно: высокие башни поднимались высоко вверх, упираясь шпилями в небосвод, в многочисленных залах и комнатах поочерёдно загорался свет, а на стене, окружавшей замок, зажигались факелы. Было видно, что во дворце кипит жизнь. И Натаниэль, который сейчас был за стеной и купался, принадлежал к тому далёкому миру балов, кружева и золота.

А я... я же теперь относилась совсем к другому миру, миру обычных деревянных домиков, добротных льняных платьев и труда.

Теперь мне надо было трудиться, чтобы заработать себе на кров и хлеб.

— Ох, вот это да, ну и страху мы натерпелись, — пробубнил Берт, выползая из ванной.

И я обернулась на звуки его голоса, оторвавшись от созерцания столицы Виорнхейма. Но, как оказалось, зря это сделала, потому что мое лицо, которое только-только перестало гореть, вновь опалило жаром смущения.

В дверном проёме стоял Натаниэль, прикрытый одним лишь полотенцем, которое каким-то чудом держалось на его бёдрах, а по его загорелой коже стекали капли воды, оставляя за собой блестящие дорожки.

— Иди помойся. Я пока подожду еду, — будничным голосом произнёс он, будто ему каждый день доводилось практически голышом разгуливать под взглядами девушек.

Хотя почему «будто». Судя по тому, что его тут хорошо знали, да и стража легко поверила в историю про Эджен и старого мужа, видимо, Натаниэлю и впрямь не привыкать ходить в таком виде перед дамами.

И почему-то от этого стало неприятно: неприятно, что Натаниэль — вот такой любитель женщин и развлечений.

— Хотя мне-то какое дело, — вслух произнесла я, заходя в ванную комнату и открывая кран, чтобы набрать тёплой воды.

В отличие от города троллей, в Тривии были канализация и система водоснабжения.

— Вот пусть его будущая жена и переживает по этому поводу. А я тут ни при чем.