Огонь, пепел и ветер

– И я не могу оставить дракона-императора пока он в опасности.

– Что вы имеете в виду?

– Знаете, когда я не работаю в библиотеке, не прислуживаю его величеству и не обучаюсь у наставницы, я помогаю в птичнике, где держат фератов, – сообщил брат Сильвий. – Мне нравятся птицы, и общение с ними славно успокаивает сердце, а жизнь-то у меня непростая и тревог много, сами понимаете.

– Потому что ты остолоп! – пробурчала сестра Ноксия.

– Так вот, фераты умные, как собаки, может быть даже умней, и я сумел выучить некоторых из них, хватать незнакомых птиц, прилетающих на остров, и приносить мне или отбирать у них послания.

Так я, кстати, перехватывал некоторые приходившие вам письма, генерал, но не суть. Так вот, утром того дня, когда я помог вам сбежать, фераты принесли мне почтового ворона.

– Ворона?

– Да, к его лапе было примотано послание.

– Я слышал, что раньше андалурцы использовали воронов, как почтовых птиц , но откуда им взяться на Лунном острове? Здесь правят чайки, а не вороны.

– Когда посол Андалур прибыл на Испытание медного кольца, он привез с собой десяток этих птиц.

Якобы в подарок для императорского зверинца. Их не успели отправить в Ониксовый дворец и взяли с собой в Приют Цицелии. Создания это неприхотливые и не опасные, они спокойно сидели себе в клетках. Думаю, что, кто-то легко мог взять одного из них, чтобы отправить послание.

– Но, но это же значит, что... – с жаром начал Кир Аверин и тут же осекся, словно собственные мысли его напугали.

– Да, это значит, что на Лунном острове подле самого дракона-императора прячется пособник Андалур, и, может быть, вовсе шпион!

Глава 21.

Шпион и поэмы о королеве

– Любая из оставшихся невест может быть андалурской шпионкой, – сказал брат Сильвий. – О госпоже Магде известно очень мало. Она приехала из небольшой деревни в глуши Срединных равнин, у них даже не было своего святилища дракона-императора и некому было за нее поручиться. Госпожа Исора и вовсе прибыла с Вольных островов, которые, как вы знаете, посещают и андалурцы и жители Империи.

Княжна Лидия часто бывала там в компании своей матушки или отца, а княжна Елена провела на островах едва ли не год после подавления восстания. Их обеих могли завербовать андалурцы.

Кир Аверин нахмурился, но не стал выгораживать перед всеми свою сестру.

– Среди служителей тоже могут скрываться предатели, – сказал он.

– Исключено. Тут все всех знают.

– Шпион мог оказаться на острове давно, в числе сирот принятых на воспитание, например.