Королева теней. Двойная звезда (том первый)

— Позвольте представиться, я Саймон Эддерли, староста вашего факультета.

— Айлин Ревенгар, к вашим услугам, милорд.

Неторопливо — как учила матушка — встав, Айлин сделала реверанс, а юноша — вот Эддерли — это более чем достойное знакомство! — изящно поклонился, но тут же ее поправил:

— Адепт Эддерли, с вашего позволения. Или просто Саймон. В стенах Академии «лорд» и «леди» обращаются только к главам гильдий и магам, не имеющим статуса преподавателя. К преподавателям положено обращаться «мэтр» или «мэтресса».

— Простите… то есть, прости, я не знала, — смутилась Айлин, вспомнив, что лорд… то есть мэтр Бастельеро уже говорил ей подобное, но не уточнил всех правил.

— Ничего страшного! — успокоил ее Эддерли теплым тоном и положил на тумбочку Айлин исписанный лист бумаги. — Вот твое расписание до конца этой недели. Часть занятий ты будешь посещать вместе с нами, а часть — с Красными. Ты действительно двойная звезда?

— Ну… так говорят… — еще сильнее смутилась Айлин.

От столика донесся отчетливый звук, как будто кто-то поперхнулся.

— И тебя распределили к нам? — еще оживленнее спросил Эддерли. — Отлично! Давно пора было утереть нос Красным! А правда, что на испытаниях ты разбила стакан о голову магистра Роверстана?

Захлебывающиеся звуки стали еще отчетливее, и перед Айлин словно пропасть разверзлась. Она вспомнила высокого черноволосого смуглого мужчину в белой мантии, такого великолепного ровно до того мгновения, как рядом с ним разлетелся стакан.

— Нет! — в ужасе замотала она головой. — Совсем не об голову! То есть… ну… стакан взорвался, но я не хотела! А там был сок… вишневый…

— Не хотела бы — не взорвала! — слишком злорадно для сожаления сообщил Эддерли. — А правда, что ты ударила по Совету молниями, и магистру Кристофу пришлось ставить щит?

Айлин обреченно кивнула.

— И магистр Волански что-то предсказал?!

Айлин вспомнила многозначительное: «Будет весело», — и задумалась, можно ли считать это предсказанием? Кажется, если кому-то на Совете и было весело, так только самому магистру Волански.

Она еще сильнее выпрямилась, жалея, что не может стать невидимкой, и Эддерли все понял по ее лицу, потому что расплылся в хищной радостной улыбке.

— Ладно, Ревенгар, мы с тобой после поговорим! Завтра не опаздывай, преподаватели этого не любят.