Академия. Невеста мага

И направился к дальней, бьющей светом двери, вынуждая бежать следом.

- Посреди ночи? – Воскликнула я.

- Вынудили обстоятельства. Быстрее, принцесса.

Где-то между кухней и складом с провиантом я вспомнила, что оставила в покоях плащ и, передернув плечами покрытыми хоть и богато отделанной, все же тонкой тканью платья, подумала за ним вернуться, но командир запретил. Ну как запретил - вцепился в запястье мертвой хваткой и не отпускал до тех пор, пока не привел в залитую светом одинокого фонаря конюшню, где нас уже дожидались.

У дальних загонов беседовали миловидный Лафаэль и его ослепительно красивый брат Даэрон. Первый сжимал за повод гарцующего командирского скакуна; у второго через руку был переброшен тяжелый плащ с опушкой из пушистого, блескучего меха.

Едва мы вошли, Элеанди бесшумно двинулись навстречу.

- Джифаред близко, - проговорил Даэрон, передавая командиру плащ. - Еще немного и учует девчонку.

Нахмурила лоб.

Анимаг о котором предупреждал граф Морэ?

В подтверждении догадки неподалеку взвыл волк, и кровь в жилах заледенела.

Я непонимающе уставилась на командира.

Беловолосый и бровью не дернул, лишь качнул головой и неожиданно набросил на мои плечи тяжелый, отороченный густым богатым мехом плащ.

Шею и щеки тут же защекотало шелковистым теплом, а голову вскружили нотки терпких полевых трав, не успевшие выветриться с ткани в морозных узорах.

Агарвэн прищурил синие глаза, будто оценивая, идет мне его одеяние, и чуть заметно улыбнулся. Не нежно, как другу или любимой, а будничного, спокойно. Без всплеска эмоции.

- Теперь не учует.

- Торопитесь, - подвел Лафаэль коня.

Я и рта раскрыть не успела, крепкие широкие ладони грубо стиснули за талию и подбросили вверх. Взвизгнула. Потому что пол остался где-то внизу, а низкий потолок настолько приблизился, что я едва не соприкоснулась с ним макушкой.

И вот я в седле. С непривычки потеряла равновесие, стала заваливаться. Агарвэн лихо пристроился позади. Поддержал горячей рукой за спину; второй обхватил талию, отклоняя назад и вынуждая вжаться спиной в рельефы твердой, мускулистой груди.

В висках тут же зашумела кровь, а от заколотившегося в груди сердца, потемнело в глазах.