Гордость Злодеев

— Тебе никогда не понять истинных чувств! Мне не нужны слова и признание в любви! Я видел всё в её глазах! Я знаю, что она чувствует на самом деле! И она ждёт меня! Именно меня! Вот, что значит «любовь»!

— Хах! — засмеялась я, прикрывая рот ладонью. — Вот и всё.

И только после этого до ученика дворецкого наконец-то дошло, что он только что сказал с горяча, так и ещё в присутствии герцога. Эджил не стал что-либо говорить. Поднявшись со своего стула, он резко подошёл к юноше и, схватив его за горло, поднял над собой, словно лёгкую игрушку.

— Ва… ша… Свет… лость… — хрипел парень, не в состоянии хотя бы раз вздохнуть.

Он трясся, пытался вырваться, достучаться до Эджила, но тот его уже не слушал. Никто его не слушал. Всё тело Эджила покрыли алые молнии. Глаза вспыхнули красным и стали напоминать сверкающие рубины. А в руках возник нож. Самый обычный столовый нож, но именно он, в итоге, оказался в груди юноши.

На руки, одежду и лицо герцога брызнула алая кровь, но он словно не замечал этого.

Отбросил уже мёртвое тело от себя и посмотрел в мою сторону. Молнии стихли, но в глазах ещё горел алый огонёк. При этом я была спокойна и продолжала улыбаться. Холодно, расчётливо и самодовольно.

Этот юноша хотел избавиться от меня при помощи герцога, но у него не получилось. Я же отплатила ему той же монетой.

— Раз уж вы встали, — произнесла я, обращаясь к Эджилу, — то будете столь любезны, чтобы подать мне вон те аппетитные канапе?

Молодой мужчина перевёл взгляд на серебряное блюдо, на котором, словно цветочки, были расставлены закуски на любой вкус.

Секунда понадобилась герцогу на то, чтобы принять решение, после чего он взял блюдо окровавленной рукой. Той самой, в которой он ещё недавно сжимал нож и которой убил человека. Теперь он держал в ней блюдо с канапе и, слегка поклонившись, протянул в мою сторону.

На лице Эджила де Воланда заиграла такая же улыбка, как и у меня. Мы улыбались, словно вели обычный для аристократов светский приём.

Смотрели друг другу в глаза и прекрасно понимали, что это только начало.

Даже если мы ранее и договорились сохранить жизнь друг другу ради собственной выгоды, то теперь понимаем, что не учли тот факт, что нас попытаются убить «наши» же люди.

И вот же ирония… высока вероятность того, что теперь в мире, в котором каждый мечтает о нашей смерти, и только мы стремимся сохранить наши жизни. Иного выбора нет.

Но удастся ли?

Глава 2.