Теща горного короля

Словно облачко пробежало – сомнение, сожаление?

- Айгер…

Я подошла, коснулась его руки – и это было ошибкой. Его лицо снова стало жестким, напряженным, взгляд – ледяным.

- Даже не думай, Юнна! Все давно похоронено. Считай, что ничего не было. Никогда.

- И поэтому ты поцеловал меня? Там, в горах?

- Вам показалось, сола Юниа, - отчеканил он, быстро подойдя к двери. – Когда я нашел вас, вы были без сознания. Вам показалось.

Айгер вышел, и в проеме тут же появилась надзирательница.

- Пойдемте, сола Юниа, - с насмешкой сказала она. – Пока ваш ужин не сожрали тараканы.

9.

Когда моему отцу поставили диагноз, он до последнего дня на что-то надеялся. Даже когда надеяться было уже не на что. То же самое происходило сейчас со мной. Пока нам с Эйрой не вынесли приговор, пока мы не оказались на эшафоте, пока палач не занес меч над нашими головами, еще можно было цепляться за надежду, пусть даже призрачную.

Например, на Илару упадет метеорит. Или ее захватит вражеское войско. Или…

Глупости. Единственной нашей надеждой оставался Айгер. Он мог отменить приговор суда – но для этого требовалась убедительная причина. А ее не было. Как ни ломала я голову, придумать ничего не могла. Ни малейшего оправдания. Единственный свой шанс я про…любила, скажем так. Потому что понятия о нем не имела. Потерявших рассудок в Иларе не казнили, а я вполне подходила под эту категорию.

Пока он ко мне не вернулся. Ну и кто теперь поверит, что я ничего не помню, если разговариваю и все понимаю?

Айгер вот точно не поверил. Хотя у него было вполне так веское основание. Правда, последовательным я бы его не назвала. Утверждал, что не верит ни единому моему слову, и тут же отвечал на вопросы. Где логика?

Впрочем, с логикой было не все в порядке и у меня. Думать о человеке, который скоро утвердит мне смертный приговор?!

Нет, не мне.

Юнии. Как будто преступницей была моя сестра-близнец. Он любил ее, она его предала, даже дважды. А отвечать за это – мне. Потому что невозможно объяснить, доказать: я – не она, я – другая.

- Когда будет суд? – спросила я тюремщицу, вошедшую в камеру с подносом.

В отличие от лечебницы, где ко мне были приставлены всего три постоянные надзирательницы, в тюрьме они без конца менялись, и я с трудом отличала одну от другой.