Императорский отбор Олтгейна

Муж чистил картошку и смотрел на время. Точно, на Земле ведь прошло совсем ничего. Возможно, я вернусь, а он так и не заметит моего отсутствия. Вот это игры времени я понимаю. Хорошо, что так, а не наоборот. «Позови его», услышала я голос Наралона.

Я попробовала позвать мысленно, ничего не выходило. Напрягала мозг, но только глаза вылезли из орбит. Я решила не стеснятся, и звать уже в слух, вряд ли когда ещё подвернётся такая возможность. Даже крик не дал никаких результатов. Мне на плече легла рука темного, и я услышала его шепот.

– Ничего, всё может быть, не переживай так. Главное, что ты его увидела.

– Вы все видите?

Мой голос был тихим и безэмоциональным.

– Я – да, но больше никто. Ты все сделала правильно, не переживай.

Я понимала, что мужчина меня успокаивает, но ни верить ему у меня не было причин.

Вроде все правильно, я же чувствую любовь и тоску, они наполняют меня. И картинка четкая. Попыталась пропустить через себя эти чувства и вспомнила, как все начиналось. С симпатии и интереса.

Покатала эти эмоции по сознанию и камень, неожиданно для меня, мигнул картинкой, показывая мне лицо Дэянара. Секунда, но ее мне хватило, чтобы увидеть уставшее лицо, расстроенный вид и сбитые костяшки пальцев. Секунда, и его глаза встретились со мной.

До меня долетело:

– Вера!

Я, вздрогнула и села на попу рядом с камнем. Картинка тут же пропала.

– А вот это уже интересней.

Наралон помог мне встать.

– Интерес, причем взаимный. Ты его услышала, я прав?

– Д-да, – не веря в происходящее, еле проговорила я.

– Кто следующий? – произнёс лысик.

– Можно мне? – спросила у всех Кьяра, – Я маму хочу проведать. Она болела, когда я пропала.

Мы все кивнули и девушка, подойдя к камню замерла. Мгновение, и из глаз Кьяры потекли слезы. Я испугалась, первая мысль, которая пришла мне в голову, вдруг с ее мамой что-то случилось? Но позже я поняла, что девушка разговаривает. Голосов слышно не было, но я видела, как губы ее шевелились.

– Вот это, – сказал Наралон, – искрение материнские чувства.

Камень потух, давая понять, что переговоры закончились.

Волчица рядом откашлялась:

– Я бы хотела поговорить с отцом. Или кто-то хочет сейчас пойти?

Мы подпихнули Боль к камню.

– Какая разница кто первый, а кто последний? – провозгласила Тара.

– Ага, все равно все там будем.

Смешок Кимали и нас заставил улыбнуться.

– Ким, это совсем не из той оперы, – я уже не сдерживая смех.

– Поговорим все. Так чего переживать? – внесла ясность наша заучка.