Императорский отбор Олтгейна

Выйдя из горы, мы опять двинулись верхом. Многочисленные животные будто провожали нас, постоянно находясь рядом. Когда вдалеке показался мост, через который мы проходили, эльфы остановились и начали что-то искать в своих сумках. Каждый из темных достал маленькую баночку и начал открывать крышку.

– Неужели, мазь от солнца? – съехидничала Кимали.

На что Наралон только бровь поднял. А потом принялся мазать себе на лицо, руки и оголенные участки кожи светло-бежевую субстанцию.

– Вот это тональник! – охнула Итальянка.

И действительно, эффект от такого крема был просто ошеломительным. Кожа эльфов, вместо светло-серой, стала обычной бежевой, правда, немного смуглой.

– А-а, – начала протяжно я, – а для чего это? Особая маскировка?

– Хм, именно.

Видимо, главный эльф удовлетворился моей сообразительности.

– Нам ни в коем случае нельзя показываться в своем истинном облике древесным эльфам. Малейшее подозрение может привести к нашему раскрытию.

– А как вы объясните наше присутствие? – не успокаивалась я.

Нам нужно было выяснить все, чтобы скорректировать свои действия и не испортить план ушастикам. Все же, девушки могут быть очень инициативными, особенно, когда их не просят.

Наралон осмотрел всю нашу компанию, особенно долго что-то высматривал в оборотницах, потом кивнул, приняв какое-то решение и провозгласил: – Мы сажем, что вы деревенские девы ищущие работу в нашем поселении. Только запомните Тариона, Вы не маг, у Вас нет никаких магических сил. Это спасет Вам жизнь, в случае чего.

Дальше, – мужчина вздохнул, – Больяра, по Вам видно, что Вы из северного клана, мы представим Вас, как дочь Шадра. Я понимаю, что для Вас это неприемлемо, все же этот волк был предателем и по его вине убили многих Ваших соплеменников. Но такова цена безопасности нас всех.

– Я понимаю, – высказалась волчица, – Я готова быть хоть северным козлом, лишь бы мы все благополучно добрались до цели.

Главный темный утвердительно кивнул и продолжил:

– Кимали, о Вас здесь никто не знает, думаю, хватит простого уточнения, что Вы подруга дочери Шадра.

– Понятно, – высказалась лисичка, – а этот Шадр жив еще или, с нашей милости, в гробу переворачивается?

Наралон усмехнулся:

– Не знаю, как там насчет переворотов, но он точно не жив. Его убили лет двадцать назад, кстати, свои же. Борьба за власть даже сына настраивает против отца, а тут всего лишь разбойничье племя.

Пройдя мост, мы решили обогнуть поле.

– А что с полем не так? – поинтересовалась Кимали.