Императорский отбор Олтгейна

– А в твоей воде был змей? – заинтересованно спросила Тара.

– Нет. Мне достаточно было просто воды.

Девушка смотрела в пол, а потом, переведя взгляд на меня, сказала:

– Меня удивило то, что на глубине, я четко слышала твой голос. Рональду? Ты серьезно? А еще думаю, я тут тону, а мне про Рональду втирают. Вот это реклама как далеко зашла. Прям контракт с загробным миром.

Я заулыбалась, но в душе было не спокойно.

– Ну что, пробуем идти дальше? – спросила у всех волчица.

Без особого энтузиазма мы поднялись и, выдохнув, отправились в центральный коридор.

Криков мы уже не слышали, но жутко было все ровно.

Не успели войти в следующий зал, как Кимали остановилась и начала кричать:

– Нет! Нет! Не трогай меня!

Девушка упала на пол и пыталась ползти назад, но так как наши руки были сцеплены, нам всем пришлось опуститься на корточки и двигаться рядом с лисичкой. В глазах у нее отражался ужас. Мы все поняли, что теперь и ее накрыло, но помочь пока не получалось. Тут, рыжая подняла руку, будто прикрываясь от чего-то, и через секунду на ее руке появился след от удара плети.

Мы стояли в шоке и неверующими глазами смотрели на наливающуюся кровью борозду.

– А я-то думала, что это только у нас в головах, – безжизненным голосом отозвалась я.

И тут нас накрыло осознанием того, что Больяру и вправду могли убить, Кьяра могла утонуть, а Зану, возможно, съели бы.

– Нужно срочно вытянуть ее оттуда! – мой голос прозвучал писком из-за волнения, – Кимали, рыжая моя лисичка, приди в себя!

Но ничего не помогало.

У девушки на теле появился еще один след от плети. Мы ее и тормошили, и звали, и кричали на самое ухо. Ничего не помогало. Я стояла и плакала, не зная, что еще можно придумать. Мне хватило чуть больше недели, чтобы привязаться к этой рыжей, и я не согласна ее так отпускать. Но чувство беспомощности било обухом по голове. У меня началась истерика: меня трясло, тело било ознобом, слезы лились ручьем. Я упала на колени рядом с лисичкой и прижалась к ней всем телом. В голове вспыхнуло воспоминание, как Ким меня облизала, чтобы ее лиса всегда могла меня определить. И в голове стрельнуло. Это был призрачный шанс, но я должна была его попробовать. Иначе… Иначе, я ее потеряю.

Я коснулась губами губ Кимали и замерла. Тогда ей нужен был именно вкус моей кожи, вдруг сработает.

Руки лисички сжали меня и девушка, спрятав лицо у меня на плече, заплакала.

– Все хорошо, мы рядом. Мы рядом, мы с тобой.