Меня любят в магической академии

– Вроде бы с нами выходила, да, Алисия?

– Выходила, – согласилась та. – Наверное, на террасу свернула.

– Там же холодно, – заметил Фабиан.

– Значит, вернется быстро, – равнодушно сказала Элена.

А потом наступила тишина. Из-за портьеры выходить я боялась. Вдруг Фабиан не ушел? Если бы он прошел на террасу, то я слышала бы шаги, значит, он не собирается покидать свой наблюдательный пункт. Я осторожно присела на край подоконника и приготовилась к длительному ожиданию.

– Ты почему один? – это уже голос Чиллага-старшего.

– Лисси жду, – пояснил его сын.

– Ты ее не ждать должен, а сопровождать, – прошипел отец. – Стоишь здесь, качаешься! Я тебе с утра говорил, чтобы не напивался. У тебя слишком важная задача.

– Да ладно, – протянул Фабиан. – Сколько я там выпил-то!

– Даже сосчитать сложно, – язвительно сказал его отец. – Ты должен девушку уговорить на брак, а не отвратить от него. И дело это срочное. Сам понимаешь, как только Берлисенсисы выйдут, тебе ее рука уже не светит. А выйдут они, по словам Карла, совсем скоро.

Хотели их подержать еще, как отвлекающий маневр для настоящих заговорщиков, но этот нанятый адвокат развел такую бурную деятельность, что это стало невозможным. Неделя, максимум две – и вся семья оказывается на свободе, а ты – в заднице! Фаб, неужели это так сложно, затащить красивую девушку в постель?

– Если бы она мне не нравилась, – мрачно ответил Фабиан, – то несложно. Но я все время боюсь сделать что-то, что ее окончательно оттолкнет. Мне кажется, она и так посматривает на Кудзимоси.

– На этого с хвостом? С ума сошел? – фыркнул Чиллаг-старший. – С ее воспитанием смотреть на нелюдские помеси? Не выдумывай. Не вовремя ты влюбился. Женись сначала, а потом влюбляйся в кого хочешь. Брак этот нужен нашей семье как воздух. Только с ним мы сможем выйти на другой уровень.

– Так если она не хочет…

– Сделай так, чтобы захотела, – жестко сказал Чиллаг-старший. – Почему она почти не пьет?

– Отказывается, – пробурчал Фабиан. – Не буду же я силком ее поить? Да и она за меня выходить все равно не хочет.

В голосе его прозвучал вызов. Я даже подумала, что он намного благороднее своего отца. Наверное, Бруно прав, и Фаб не так уж и плох, вот только мое сердце бьется для вполне определенного фьорда.

– Значит, так, – металл в голосе отца почти звенел. – Как деньги у меня брать, так ты первый? А как выполнять отцовское поручение, так тебя и нет? Не хочет выходить, говоришь? Так сделай, как твоя сестра – сначала медовый месяц, потом свадьба.