Гром и Молния

Можно даже загадать что-нибудь. В память о Леи и остальных.

Я метнула осторожный взгляд в сторону сетторцев. Если хочу подойти к дереву, сначала придется спросить разрешения у Грома. Я не желала иметь с ним ничего общего, говорить и узнавать его ближе, особенно учитывая поручение Главы. Но и позволять страхам отравлять мое существование тоже не могла.

«Он смотрел на тебя так, будто хотел порезать на кусочки и сожрать».

Глядя на меня, Гром вспоминает нашу первую встречу. Он не может смириться и простить, и я прекрасно понимаю, почему.

В этом мы схожи, я ведь тоже не могу.

Сначала принципы, а потом остальное.

Пока не успела передумать, я сделала шаг в его сторону. Потом двинулась быстрее. Внутри словно вырос барьер — закрыться, не приближаться к нему.

Тело все помнило и выдавало защитную реакцию.

Мои эмоции были громкими, как крик — Гром их почувствовал. Обернулся и посмотрел с интересом.

— У меня есть одна просьба. Прошу выслушать.

Я вытянулась по струнке, словно передо мной был капитан еще той, старой команды из детства, которого я боялась до трясучки.

Но было одно отличие: Гром жив, а ни капитана, ни моих боевых товарищей давно уже нет.

— Слушаю, — произнес холодно.

Его голос заставил съежиться.

— Вы позволите отойти ненадолго?

— Зачем?

— Мне надо вознести молитвы под деревом шимме, — я указала пальцем направление. — Это совсем рядом. Я все время буду у вас на глазах.

Зря я это затеяла. Видно же, он не тот, кто оценит мои сентиментальные порывы.

Он с трудом меня переносит, даже общая борьба с демонами этого не исправила.

Гром внезапно отмер и стал похож на живого человека. Непонимающе нахмурил брови:

— Дерево шимме?

— Его еще зовут древом желаний. Так вы меня отпустите?

— Никто не может препятствовать желанию человека помолиться богам. Это право есть даже у идущих на смерть, — сказал он, немного подумав. — Хорошо, госпожа Мирай.

И, когда я задержала дыхание от удивления, замешательства и еще какого-то странного чувства, он добавил:

— Но одну я вас не отпущу.

Я пойду с вами.

***

Гром

— Вы будете сопровождать меня к месту молитвы, не доверив это дело никому из своих людей? Окажете такую честь?

Показалось, или в ее словах действительно мелькнул сарказм?

Не объяснять же, что я не могу ей доверять. Не маленькая, сама должна понимать.

Она смотрела на меня как-то зло и одновременно беспомощно. Эти эмоции укрывали ее, как броня.