Ведьма, тень и черный кот

А потом чернота, словно занавес, окончательно спала, и мне удалось нормально оглядеться.

Помещение, в которое мы переместились, походило на тесный каменный мешок. Точнее, на обычную арестантскую камеру. Шагов десять на десять, с единственными нарами у стены, новеньким ведром в дальнем углу и тяжелой железной дверью, за которой царила удручающая, прямо-таки мертвая тишина.

Внутри было темно — хорошими светильниками для арестованных никто, разумеется, не озаботился. Однако стены наверху, под самым потолком, имели небольшую белую полосу — результат применения особой краски, которая избавляла управление от необходимости устанавливать магические светильники.

На нарах, плотно закрыв глаза и сложив на груди морщинистые руки, лежал мастер Олдин Дэврэ. Мой учитель, мой друг и бесконечно уважаемый мною маг, который один из немногих снизошел до того, чтобы вот так просто, без платы, лишь из-за научного интереса, помочь какой-то малоизвестной ведьме.

Увы. Пропагандируемый гильдией принцип равенства среди одаренных царил лишь на бумаге, тогда как в жизни маги, особенно те, что помоложе, частенько презирали тех, кто не имел чести стоять рядом с ними в одной строке классификации. Разве что к алхимикам и артефакторам уважения было немного побольше, ну а такие, как я, нередко сталкивались с откровенным пренебрежением.

Мол, зелья и руны — это ничто. А вот волна огня или поднятое в море цунами, оживший скелет, обрушенная гора или покорный воле призывающего демон — это да.

Однако мастер Дэврэ был не таким. Его не интересовало ни мое происхождение, ни мой пол, ни величина магического дара. А как только я доказала, что разбираюсь в интересующей его теме, он без малейших колебаний оформил официальное ученичество и, надеюсь, ни разу об этом не пожалел.

— Ур? — тихонько тронул меня лапой кот, когда я подошла к нарам и положила ладонь старику на грудь.

— Демон! Он совсем не дышит! Ну-ка, посиди тут…

Я пересадила Арчи на краешек нар и еще раз внимательно осмотрела находящегося без движения некроманта.

Мастер Дэврэ выглядел совершенно обычно. Не бледный, не синюшный, даже с легким румянцем на щеках. Дышать он, правда, не дышал, как бы я старательно ни прислушивалась. Глазные яблоки под его веками совсем не двигались. Губы были сомкнуты. Руки лежали спокойно.