Шифр фрейлины

От него, намоленного многими поколениями жрецов, исходила какая-то мистическая сила, которая, казалось, прожигала кожу на ладонях, заставляя Кортеса отпустить череп, и ему пришлось, крепко стиснув зубы, проявить волю, чтобы удержать дар. Вскоре командор почувствовал, что жар ослабевает, а потом тепло сделалось приятным. Эрнан прошел испытание. Языческий бог принял его всецело и теперь стоял на его защите. А с его помощью он сумеет не только уцелеть среди враждебных племен дикарей, но завоевать их богопротивное государство.

И когда-нибудь этому божку отыщется среди фамильных реликвий достойное место.

– Как его зовут? – спросил Кортес.

– Это бог огня, – ответил индеец. – Он будет полезен такому великому воину, как ты. Этот бог способен на многое, он может сделать обычного солдата военачальником, а военачальника – великим полководцем, доблесть которого переживет века.

– О да, теперь я понимаю. Ваш бог попал в надежные руки. Обещаю, что скучать со мной ему не придется.

– Он признал тебя, – произнес посол.

 – Иначе ты не сумел бы удержать его в руках. Никому из нас сделать это было не под силу.

Капитан Эрнан Кортес осознал, что ему никогда и ничего так сильно не хотелось, как в этот раз, – заполучить языческого бога. Они нашли друг друга: два разбойника, два непримиримых воина. И если им суждено погибнуть, так только вместе. Предложи сейчас конкистадору поменять целый караван лам, груженных золотом, на хрустальный череп с рубиновыми глазами, он с негодованием отверг бы подобную сделку.

Аккуратно поставив подарок на раскладной стол, Кортес сказал:

– Передайте своему владыке, что я чрезвычайно польщен тем уважением, которое он мне оказывает.

– Наш великий владыка сказал, что вы получите еще три сундука с золотом, если не войдете в город Теночтитлан.

За пятнадцать лет пребывания в Новом Свете Эрнан Кортес сумел научиться азам дипломатии. Иногда приходится говорить одно, подразумевая при этом совершенно другое, а в памяти приходится держать третье.

И чем шире улыбка, тем искуснее дипломат, тем больше возможности перехитрить даже самого искусного собеседника.

Выждав паузу, капитан заговорил:

– Передайте своему владыке, что я люблю путешествовать и специально прибыл из Старого Света, из Испании, чтобы полюбоваться его государством. Что же, я должен лишать себя подобной радости? Когда я вернусь домой, то должен буду рассказать своему королю: что я видел, что я слышал, о чем говорят люди в дальних землях.