Тень. Тетралогия

Ладно, давайте вернемся к нашим скелетам. И, надеюсь, вы мне покажете хорошие результаты, после такой‑то тренировки. – Магистр снова хихикнул.

Я открыла учебник и уставилась на надоевшее заклинание. Кажется, после вчерашних куриц я помнила его наизусть. Или не кажется? Пока я размышляла, не попробовать ли мне без книги и не обернется ли такая самоуверенность против меня самой, Серж уже по памяти декламировал заклинание над выбранными костями.

На этот раз занятие прошло спокойно. Память не подводила, зато усталость не давала сосредоточиться.

Скелет я, в конце концов, подняла, но получился он каким‑то вялым, особенно по сравнению со скелетом Сита, которого он заставил танцевать посреди аудитории.

Наконец Савелий решил, что с нас достаточно, и отпустил. Наши более дисциплинированные сокурсники пошли обедать, а мы четверо, бросая недовольные взгляды друг на друга, поплелись сами не зная куда.

До занятия Анхайлига оставался час.

Настроение было отвратительным. И зачем я только согласилась вчера на эту глупость с курицами? Теперь ходи голодной весь день из‑за этих экспериментаторов.

Живот недовольно забурчал, полностью согласный с моими размышлениями.

– Оранжерея! – вдруг воскликнул Ари.

– Чего? – Мы дружно уставились на эльфа.

– Оранжерея элементалистов! Они там земляную магию тренируют. А в ней – яблони, я точно помню.

– Так чего стоим‑то? – в момент оживился Серж. – Пошли быстрей, пока обед не кончился!

– Плохая идея, – попыталась возразить я.

– Хочешь голодать сутки? – уставился на меня Талон.

– Не…

– Ари, веди.

Эльф, не теряя времени, двинулся вперед.

На территорию факультета элементалистики мы пошли не через центральный корпус, а «огородами». Точнее, через небольшой двор ведьмаков, ибо Ари заявил, что светиться у элементалистов нечего, а там есть проход. Проход оказался обычной дыркой в заборе, небольшой и наполовину заросшей вьюнком, в которую эльф и я пролезли без особого труда, а вот Серж и Талон еле протиснулись.

Внутренний двор факультета элементалистики был, пожалуй, самым большим в Академии. Одна его часть была равномерно засыпана песком и, видимо, служила для тренировок на открытом воздухе в метании всяких молний или фаерболов. Или еще чего‑нибудь подобного. Мы же удачно вылезли с другой стороны, совсем рядом с большой оранжереей, вокруг которой были посажены низенькие кустарники.