Всего лишь травница

Но ответ его разочаровал: я уже успела обрадоваться, что впредь мне не придется прибегать к сомнительному методу Его Светлости. Но вряд ли магическое животное окажется так любезно, что будет прибегать к незадачливой магичке каждый раз, как только ее магия вздумает пошалить. Так что я уныло продолжила путь.

Лес нас прилично задержал, а потому к заставе очередного городка мы подъезжали глубокой ночью. Правда это и заставой-то было трудно назвать: кособокая будка рядом с видавшим виды деревянным забором. Заспанный паренек в форме стражника с недовольным лицом высунулся в окошко.

– Закрыто до восхода солнца! – строго сообщил он, хлопая круглыми, навыкате, как у рыбы, глазами.

– Рекомендую тебе протереть глаза и немедленно открывать ворота, солдат! – властно потребовал Его Светлость.

Паренек еще сильнее выпучился на нас, присмотрелся к высокородному путнику и пришел к правильным выводам. Стражник подскочил, куда-то убежал и уже через несколько мгновений деревянные ворота, ведущие в город, распахнулись.

– Добро пожаловать в Исихон, Ваша Светлость, – низко поклонился юный стражник, вероятно стремясь искупить вину за невнимательность.

Найти постоялый двор в городишке не составило труда. Ночная стража, на которую мы наткнулись на первой же улочке, любезно подсказала нам нужное направление. Просто одетые мужчины оказались явно опытней своего более молодого товарища, и с первого взгляда распознали в лорде-канцлере высокого аристократа. Правда, чумазую меня в грязном брючном костюме провожали одинаково недоуменными взглядами.

Я уже думала, этот день никогда не закончится. В трактире, расположенном на первом этаже все еще продолжалось веселье, но было видно, что идет оно уже на спад. Под задорную музыку отплясывала пара видимо самых стойких мужчин и одна женщина, не желавших признавать, что время, отпущенное на досуг, подходит к концу. Ужинать вместе со всеми не стала, первым делом отправилась на второй этаж в душ. С удовольствием скинула перепачканный модный костюм и сунула его в специальный сундук с очищающим амулетом.

Туда же отправились и остальные мои немногочисленные вещи, рубашка Его Светлости и, конечно же, два носовых платка. Чтобы амулет сработал, следовало сунуть медяшку в специальную прорезь.

Смыть всю грязь удалось только на второй раз: дважды я намыливалась и окупывалась из ведра, прикрепленного под потолком, и только на второй раз цвет воды, стекавшей по моим ногам и полу к отверстию слива, меня удовлетворил.