Скользящая во снах

Кажется, он собирался свалиться с сердечным приступом. А мне некогда еще одного болезного выхаживать, пора возвращаться уже.

- Спокойно, дяденька! Меня зовут Агата, я тут проходила мимо, дай, думаю, зайду, ручки погрею, чайком угощусь...

- А в тайник мой за сахарком и рукавичками полезла? - гном падать передумал, приосанился и бодренько пробежал мимо меня в соседнее помещение. Я проследовала за ним - раз сразу не прогнал, значит можно понаглеть немного.

- А скажите мне, дяденька...

- Какой же я тебе дяденька, девочка? Ты часом не в родню ко мне набиваешься? У меня и нет ничего, одинокий несчастный старик я! Сразу говорю…

Присмотрелась - правда - в носу и ушах только дырочки пустые остались.

Куда золотишко-то прибрал? Надо же, какой прыткий! И смотрит так довольно, ухмыляется.

- Не нужно мне больше родственников, и так в последнее время прут ото всюду, только успеваю имена новые запоминать. И один лучше другого. Я поговорить с вами хотела. Почему вы меня Марией назвали, когда увидели?

Дедок нахмурился, пожевал спрятанными под густой бородой губами, взмахнул рукой, и все украшения вернулись на прежние места.

- Стало быть, не случайно на мою избушку набрела? Кто ты ей? Сестра? Нет, молодая больно. Дочь? Неужели такая как Мария решилась детей рожать?

- А чем это она хуже других?

- Да всем! Такие, как мы не заводят семьи. Она была моей ученицей. Фанатичной ученицей, увлекающейся и не знающей границ. Лет шестнадцать назад она пришла ко мне в лавку и предложила свои услуги в качестве подмастерья.

Два года мы работали вместе, я даже стал ей доверять. И когда нам принесли тот камень на проверку его подлинности...

- Подождите, мне не совсем ясно. Моя мама нашла вас шестнадцать лет назад и работала в лавке подмастерьем? Вы ее ни с кем не перепутали? Что вы продавали?

- Продавали?! Меня зовут Мирдор Эрдисчаг третий! Я до самой своей смерти считался лучшим артефактором на континенте! У меня был огромный комфортный дом в центре Мастивира, на первом этаже которого я принимал богатейших людей и нелюдей всей Эндорры.

Я творил шедевры! Меня называли виртуозом, мастером, величайшим искусником! Я купался в золоте, и, казалось, у меня было всё для счастья. Пока кулон памяти не принесли мне для оценки...

Гном задумчиво уставился в одну точку и умолк. Я уже хотела задать ему пару наводящих вопросов, но он остановил меня жестом руки:

- Постой, я знаю, зачем тебе это. Я почувствовал.