Скользящая во снах

Сновидений не было, но приходила я в себя очень тяжело. Открыв глаза, сразу попыталась приподнять руку, чтобы от души потереть зудевшие веки, по ощущениям – они были полны песка. Но, оказалось, сил во мне совсем не осталось: рука, так и не достигнув цели, безвольно упала назад. Никогда не чувствовала себя такой слабой.

- Гатька, ну как ты? - надо мной возникло обеспокоенное лицо Хески. - Всё еще больно? Может, снова усыпить тебя?

- Не... - прохрипела я и зажмурилась.

- Сейчас водички принесу, - шорох её шагов.

Спустя девять ударов моего сердца, передо мной возникла сухощавая рука с кувшином. Выпив целую кружку воды, я почувствовала себя немного лучше:

- Бабушка, в глазах песок, - мой голос просто не узнать, он похож на скрип нашей кухонной дверцы, - чешется сильно и щипит.

- Сейчас, милка, погоди.

Снова я осталась одна в комнате, Хеска сбежала в горницу и стала перебирать свои заготовки, громко обсуждая с собой, что же именно мне подойдет. Затем послышался звон посуды - это значит, бабуля определилась и запаривает мне нужную, по ее мнению, травку.

Несколько лет назад я просила ее научить меня тому, что она умеет, но Хеска сказала: пока я не определюсь с даром, духи земли и воды не услышат меня.

- Пей, Гатька, а это вот на глаза сейчас положу, всё и пройдет. Ох, что ж это будет, где этого нерадивого бражника-то носит? Дурья Хаимова башка! Остолоп никчемный...

Так, причитая, Хеска снова удалилась в горницу и там тяжело осела на старый топчан, громко бубня что-то о судьбе, сироте при живых родителях, и триклятых драконах, чтоб им…

Я лежала, прислушиваясь к своим ощущениям.

Слабость по-прежнему давила, но боль стала медленно отступать: жжение из глаз ушло, и горло больше не горело огнем. Внезапно что-то привлекло мое внимание. Какие-то звуки совсем рядом, я прислушалась - будто ветер шумит. Нет, не шумит... шепчет:

- Агааатааа... найдиии егоо... сейщаааас…

Резко распахнув глаза, я скинула с себя примочки и закрутила головой:

- Баааа!!! Хескааа!

Дверь распахнулась, бабуля вбежала в комнату с какой-то палкой в руках:

- Что? Кто??? - Хеска приблизилась ко мне, посекундно озираясь и выставив перед собой печную кочергу.

- Кто-то шептал мне, ба. Кто-то прямо здесь мне шептал!!! - я прижалась к Хеске всем телом и зарыдала.

- Ну-ну, милка, ты же видишь, никого здесь нет, может, Кролик вон мурлыкала, а ты и напугалась.