Интерн Василиса

После семейства банников, как их назвала Забава, в кабинет принес запах мокрой псины какой-то дерганный мужик. Даже Василису с её слабым нюхом начало подташнивать. Забава открыла все окна и максимально далеко на кресле отодвинулась от стола. Вася приютилась на подоконнике.

Мужику спокойно не сиделось, он тряс ногой, беспрерывно чесался и рыскал мутными глазами по кабинету. Забава размеренным голосом спрашивала мужчину о самочувствии, интересовалась прогрессом и вообще вела себя максимально профессионально.

Василисе же было дурно. В её голове пациенты психолога выглядели меланхоличными зайчиками, грустными булочками или, на худой конец, тревожными пирожками. Этому дерганному точно нужно было вызывать карету скорой психиатрической помощи. И в этом Василиса убедилась, когда внезапно мужик с рыком выгнулся вперед, скорчил страшную рожу и его лицо вдруг стало вытягиваться вперед, выставляя за слюнявые губы гигантские желтые клыки.

Вася в ужасе застыла, Забава же хлопнула ладонью под столом и перед ним с грохотом сверху упала железная решетка, надежно блокируя девушек от чудовища.

— Забава, не надо Виталиков, прррошу! Я буду деррржать себя в ла... ррруках!

Его увели двое низеньких крепких мужичков, появившихся на пороге так быстро, будто они всё это время стояли за дверью. Как только решетка поднялась, Василиса схватила рюкзак и, прихрамывая, побежала прочь из клиники.

Только в квартире, заперев дверь на все замки, и отдышавшись, Вася чуть успокоилась. Всю дорогу ей мерещился в каждом прохожем тот дикий мужик, слышались преследующие шаги за спиной, загривком чувствовалось его дыхание в спину. Очень хотелось есть, но на кухне девушку ждали только пустые пивные банки и пакеты из-под сухариков. В холодильнике грустно стояла отварная гречка без ничего. Запивая водой, Василиса покидала в себя гречку, и ушла голодная в комнату — пробовать уснуть.

Кровать у ног чуть прогнулась под весом прыгнувшего кота. Когда он подошёл ближе, не забыв наступить лапой на больное колено, оказалось, что это кошка.

— Беляшик, ну хоть ты у меня послушная. Ложись, успокаивай маму.

Кошка топталась на груди, бодала головой подставленную ладонь, но укладываться никак не хотела. Потом прошлась по подушке, обернулась вокруг шеи Василисы, уложила свою голову на плечо, а хвост — кошачьим боа на другое плечо.