Королевская кровь-8. Расколотый мир

Конечно, ему хотелось осмотреть и Город-на-реке, и огромный, пахнущий травой, речным ветром и цветами дворец Четери, но это все можно было сделать потом. Он, будучи единственным мужчиной в семье, проверил, как разместили маму с сестренкой — родные в тихой прострации бродили по роскошным покоям, рассматривали купальню и лазурные мозаичные бассейны, — остался на обед, затем обнял Светлану, пожал руку Четери и отправился обратно в Иоаннесбург.

Когда Матвей сел в автобус от городского телепорт-вокзала до университета, было около пяти вечера.

Экзамен у Алины должен был уже закончиться, но она не брала трубку. Зато взял Поляна.

— Ты не видел Алину? — поинтересовался Матвей, глядя в окно автобуса на серо-белые, сверкающие предпраздничными огнями зимние сумерки, в которые быстро опускался Иоаннесбург. — Не отвечает на вызовы.

— Так у них на экзамене ерунда какая-то случилась, весь универ шумит, даром что большая часть народу на каникулах, — возбужденно откликнулся Димка. — Слухи кипят. Мне человек пять позвонили.

Мол, камены решили подшутить и первый курс отправили прямо на экзамене в сон. Вроде как все уже проснулись, их развезли по домам и в общагу под наблюдение виталиста. Может, Алина досыпает?

— Камены? — с сомнением пробасил Матвей.

— Угу, — Поляна явно что-то жевал. Фоном послышался женский голос. — Ну мам, — простонал он в сторону, — это же Матвей. Не подавлюсь! — он снова вернулся к разговору. — Кстати, профессор Тротт был на экзамене. Может, мы просто ему надоели, Матюх? Жаль, если так.

— Он бы сказал, что больше не будет заниматься, — уверенно ответил Ситников.

— Он бы точно сказал. Тут что-то другое, Димыч.

Матвей еще поболтал с другом: обсудили взрывы в Рудлоге и в мире и попрощались, договорившись пересечься вечером. Ситников доехал до университета, но, прежде чем подняться к Александру Даниловичу, подошел к каменам. Те, увидев его, шутковать не стали, но лица сделали чрезмерно непринужденными, Ипполит даже насвистывать что-то пытался — правда, выходило так, будто ветер воет в узкой трубе.

Университет был пуст, и эхо выводило жутковатые повторы этого «свиста».

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался Матвей, останавливаясь у каменных хранителей. Те делали вид, что не видят его. — Здравствуйте! — прогудел он куда громче и с нажимом; эхо с радостью прокатило почти командирское приветствие по коридорам.

— И чего орать, болезный? — прогнусил Ипполит, прекращая насвистывать. — Слышим мы всё, не глухие. Чегось надобно?

Матвея отповедь не смутила.