Королевская кровь-8. Расколотый мир

Церемония будет камерной…

Дальше я не слушала, ускорившись. Передо мной распахнули дверь замка. В холле было тихо и пустынно, будто все слуги попрятались. Ирвинс, бледный и тревожный, проводил меня в огромные, вычищенные, шикарные покои с монументальной кроватью в спальне.

— Это семейные герцогские покои, госпожа, — тихо объяснил он. — Сейчас сюда придут горничные и замковый маг. Платье мигом почистят, вот увидите!

Он ушел, а я в ожидании горничных пошла в ванную комнату, напоминающую большой позолоченный музей. Умылась, сняв макияж и темные подтеки с лица и рук.

Посмотрела на некую счастливую невесту, красноглазую и серую, в зеркало. И, твердо пообещав себе, что ни взглядом, ни словом не дам родным повода для беспокойства, позвонила Василине.

Венценосная сестричка на звонок откликнулась сразу, будто сидела у телефона.

— Васюш, — сказала я жизнерадостно. — Мы договорились. Мне уже не терпится влезть в брачный хомут, поэтому жду в Вейне в час дня. Очень хочу вас видеть.

— У тебя все в порядке? — настороженно спросила проницательная старшая сестра.

— Придешь — сама убедишься, — беззаботно откликнулась я, сдерживая нервный смешок. — Конечно, я нервничаю, но я очень счастлива, Василина.

— Я рада, — проговорила она мягко. — Мы будем, Марина.

Тихие горничные почистили платье и оставили его магу — довести до ума, лицо мое тоже привели в порядок. От Люка принесли украшения — рубины в золоте, серьги и ожерелье, и я равнодушно надела их — сил бороться больше не было.

Через сорок минут прибыли мои родные, и только боги знают, каких усилий мне стоило ничем себя не выдать.

Их проводил к моим дверям сам Люк — я слышала его голос, но в покои он не входил. Была здесь и Ани, и ее муж, дракон Нории, — его испытующего взгляда я испугалась больше всего. Умоляюще посмотрела на него: не выдавай, не говори!

Он чуть нахмурился и отвернулся, а потом и вовсе вышел вместе с отцом и Марианом, отговорившись тем, что не хочет мешать женским приготовлениям. Каролинка же, погрузившись в себя, сидела прямо в платье на ковре и, поглядывая на меня, рисовала.

И вид у нее был самый вдохновленный.

— Я кое-что принесла тебе, — проговорила Василина, разворачивая мягкий сверток. — Наклони голову.

Сестра покрыла мои волосы красной кружевной полупрозрачной фатой, спускающейся ниже колен, закрепив ее на голове тонким рубиновым венцом.

— И я, — сказала Ани, надевая мне на палец золотое кольцо, украшенное драгоценным красным цветком шиповника. — Это мамино. Помни, кто ты есть, Марина.