Августина лучше всех

А вот во время… Один раз мне пришлось видеть тренировку боевых офицеров в Елизваре — светопредставление стояло такое, что противники друг друга-то видели с трудом. Молнии Терри должны производить такой же эффект.

Что до способностей Марка, Лу говорит, в роду Биргитов передается дар воздуха (шквальные порывы ветра тоже довольно ухудшающая обзор штука), а его мать из рода Веспов, способных ускорять движения своего тела до нереальных пределов. Представляешь, есть и такие гессы! Я надеялась, обе стороны подумают, что столкнулись с очень ловким и сильным противником.

Дуэлянты просто израсходуют все силы и будут вынуждены признать свои претензии удовлетворенными, раз уж вопрос, слава богу, не о кровной мести или несмываемом оскорблении.

Именно так наивно думали мы с Лу.

Мне все же удалось задремать той ночью, поэтому пробуждение вышло неожиданным. В спальне внезапно раздался такой звук, будто кто-то со всего маху грохнул об пол железной кастрюлей, что оказалось не так уж далеко от правды. Это крышка «будильника» опустилась на свою подставку.

Четыре утра.

За окном была уже не непроглядная чернота, а только серые предрассветные сумерки, которые вот-вот прорежут солнечные лучи.

Я тайком стащила с ноги низку из ограничителей и спрятала под подушкой. К счастью, в то утро мне показалось глупым оставаться без магии. Одевшись неброско (Лу одолжила мне серую накидку), мы потихоньку выскользнули из комнаты и без особых приключений добрались до места дуэли.

Подолы платьев быстро собрали росу и неприятно холодили ноги, но ни одна из нас не посмела даже пикнуть, потому что за стеной на бывшем ристалище уже было видно несколько фигур.

Ролан обсуждал что-то с целителем, непримечательным мужчиной средних лет. Терри стоял в отдалении, с каким-то странным воодушевлением вглядываясь в сторону восхода. Марк еще не приехал.

У меня мелькнула мысль, что, может, он и вовсе не появится. В конце концов, какие у него шансы против тренированного военного мага? И я повернулась к затихшей Лунаре, чтобы поделиться обнадеживающей мыслью, но на лице у маленькой гессы был такой испуг, что слова застыли на языке.

Лу вдруг отмерла и стала быстро-быстро шарить руками по старой каменной кладке, прикладывая ладони то к одному камню, то к другому.

— Ой, — прошептала она, а затем все отчаяннее: — Ой-ой-ой.

— Что стряслось?

— Кажется, я напортачила с контуром, — жалобно призналась гесса.

— С каким контуром? — Их фортификационная магия была для меня темным лесом.