На Грани любви

— Ты вернулся! — лепетала она на бегу, а я увидела, как по лицу этого античного божества пробежала судорога — сначала боли, а потом понимания и восторга, как его лицо от каменной скульптурной маски расцвело радостью живого человека. — А у меня теперь ручки не болят, — прошептала она, обнимая его за шею и его взгляд обратился на меня. — Рина меня лечила, а тот, кто приехал с ней, помогал. Мне было сначала тепло-тепло, а потом он велел мне обернуться, а это больно-больно! Но потом я уснула, а когда проснулась, он велел мне не шуметь, а то Рина устала и спит.

И я сидела тихо-тихо… — торопясь, рассказывала она, а взгляд незнакомца оттаивал. И я вдруг поймала себя на том, что просто тупо любуюсь его лучащимися счастьем глазами, теплой улыбкой и просто божественными ямочками на щеках, такими же, как и у Ласуньки. «Он — ее отец», — проклюнулась здравая мысль, уж больно они были похожи.

Шарг сделал шаг вперед и поклонился низко в пояс.

— Я благодарен тебе за здоровье дочери!

«Не ошиблась», — тупо подумала я.

Думать здраво рядом с таким мужчиной было трудно.

— Не стоит, — промямлила я и попыталась обойти стоящего мужчину, направляясь к двери. Мне срочно нужен был свежий воздух, иначе я снова рухну. Первые шаги дались легко, тем более, что я придерживалась рукой за стол, но потом голова закружилась и я замерла, пережидая головокружение, боясь упасть прямо тут. Отошло. Еще шаг — и новая волна закружила, но крепкая рука поддержала, давая опору и шарг осторожно повел меня к двери, впрочем, до нее оставалась пара-тройка шагов, но, боюсь, без его помощи я бы вряд ли их осилила.

Плечом толкнув дверь, он вышел на порог, одной рукой прижимая к себе ребенка, а другой обнимая меня. Наверное, мы представляли собой живописную картину, так как все резко повернули головы в нашу сторону: и Лана, которая что-то вытряхивала в глубине двора, и Серый, который вместе с Леем, Раем, двумя шаргами и Райном стояли недалеко у входа.

Я покачнулась и тяжело осела на ступеньку, с упоением вдыхая свежий утренний воздух, а Ласунька уже бежала к Лане.

— Бабушка, — протягивала она ей ручонки, — смотри, я больше не калечка. — С восторгом кричала она, слегка картавя, а шарги неверяще смотрели на ребенка. Ласуня повертелась перед утирающей глаза Ланой и рванула к деду, но, пробежав мимо, за ногу обняла Рая.