Принцесса-самозванка поневоле

- Я предлагаю тебе снова стать собой, Александра.

- Наверное, Вы не знаете, но…

- Знаю, знаю, - поспешил её перебить император. – Твоё тело и душа Эльвиолы живы. И скоро также прибудут ко мне во дворец.

- Это невозможно! – не веря воскликнула девушка. – Ленар сказал, что она погибла. Эльвиола не умела плавать!

Она услышал его ядовитый смешок:

- Ленар тебе соврал. Скорее всего для того, чтобы ты не имела права выбора и продолжала играть роль принцессы.

Александре стало дурно, её затошнило, а в глазах всё поплыло.

Но из последних сил она посмотрела на улыбающееся лицо императора.

- У нас на пороге, дорогая моя, столько гостей. В одни двери стучатся твой отец, твоё тело и душа Эльвиолы, а в другие настойчиво тарабанит госпожа война. И выбор за тобой, крошка.

- Почему я должна Вам верить? – с презрением спросила девушка.

Мужчина скривился.

- У тебя нет выбора.

- Мне необходимо всё обдумать, Ваше Величество. Позвольте мне, наконец, уйти. Или есть ещё что-то, что Вы не успели мне сообщить?

- Нет, я высказал всё, что должен был.

Он прошёл чуть вглубь оранжереи и, обернувшись, сказал:

- Я проведу Вас, принцесса, к Вашим покоям.

Как бы Александра не хотела от него сейчас избавиться, ей пришлось вытерпеть его ещё какое-то время. Она взялась за ручку своей двери, когда мужчина резким движением обернул её к себе, прижав к своему телу, одновременно заломив ей руки за спиной и прошептал в лицо:

- Александра, подумай хорошенько. Я буду любить тебя в любом теле, я никогда тебя не предам и не обижу.

Выбери меня и ты будешь со мной счастлива, ты никогда не пожалеешь об этом решении. Я сделаю всё для тебя, любовь моя.

Он попытался поцеловать её, но Александра отвернула лицо.

- Я дам тебе время узнать меня и привыкнуть ко мне. Ты скоро забудешь его, и тогда в твоём сердце буду только я.

Он отпустил её, и Александра, не посмотрев на него, вошла в комнату и громко хлопнула дверью.

Глава 21

Александра вошла в спальню мужа и, упав на его постель, безудержно заплакала.

Всю ночь она не спала: то плакала от безысходности ситуации, то, прижав к себе рубашку мужа, пытаясь ощутить его запах и почувствовать себя защищенной, вспоминала Ленара. Она никогда не чувствовала себя настолько убитой горем, настолько раздавленной, одинокой и никогда ей не было так страшно.

Когда начало светать, девушка ещё не ложилась спать. Она сидела в кресле у раскрытого окна, укутавшись в плед и прижав к себе рубашку мужа.