Седьмая жена короля

Вероника была уверена, что за ней кто-то идет. И эта уверенность была настолько сильной, что от нее не получалось отмахнуться.

Вскоре они обогнули столицу и углубились в леса за ней. Ника думала, что после этого ее нервы хоть немного успокоятся, но ничего подобного не произошло.

– Хотите пить? – спросила Эльза, наблюдая, как госпожа тревожно ходит по крохотной хижине, на которую они наткнулись в пути.

Произошло это как раз тогда, когда они искали место для ночлега. Хижина выглядела старой. Хозяин явно давно покинул ее, оставив небольшой дом разваливаться глубоко в лесу.

Убранство внутри было скудным, но никто не жаловался. Михай с Эльзой даже немного прибрались, отчего в доме стало капельку уютнее.

После ужина, состоявшего из давно зачерствевшей лепешки, куска сыра и сушеного мяса, беглецы отправились отдыхать. Перед этим Михай накормил лошадей и дал им воды, которую добыл в колодце рядом с домом.

– Нет, – отмахнулась Ника.

– Зерно скоро закончится, – предупредил Михай. Перед побегом он озаботился кормом для лошадей, но заготовленные мешочки были не бесконечными.

– Через два дня мы должны выйти к деревне. Можно купить там.

Вероника сжала губы. Ей не хотелось выходить к людям. Рано! Казалось, стоит высунуть нос из леса, как по их душу придут! Но и отказаться она не могла. Лошадей действительно нужно было чем-то кормить.

Травой? Когда бедным животным есть траву, если они целыми днями идут вперед? Изредка маленькому отряду, конечно, приходилось останавливаться на короткий отдых, но этого явно было чрезвычайно мало!

– Хорошо, – обреченно согласилась она.

Не хотелось морить лошадей голодом. Они и так после такого марафона выглядели уставшими и жалкими.

Ночью, когда Эльза и Михай уже спали, Ника поднялась с устроенной для нее лежанки и вышла из хижины. Отчего-то темнота была не такой глубокой, как должна была быть в середине ночи.

Подняв голову, Вероника поискала в небе светило, но не заметила ничего, кроме ярких звезд. Да и они частично перекрывались тихо шелестящими от легкого ветра густыми кронами деревьев.

Вдали ухнули. Ника невольно поежилась. Лес выглядел пугающим и словно настороженным. Казалось, из темноты смотрят сотни глаз, ожидая ее дальнейших действий.

В следующий момент она услышала приглушенные хлопки. Вздрогнув, Ника прижалась спиной к двери. На покосившийся столб, зачем-то вкопанный старым владельцем хижины в землю, села птица. Вероника выдохнула. Птица не человек. Она им явно не враг.